Эйдан ел молча, но постоянно поглядывал на меня. Потом наклонился ближе. — Мой отец очень на вас зол. Я… эм… он не знает, что я здесь работаю. Но вам лучше быть осторожнее.

В голове зазвенели тревожные колокола, однако выражение лица я сохранил спокойным. Точно так же я вел себя с пугливой лошадью. — Со мной все будет нормально.

Эйдан опустил взгляд на сэндвич и начал отщипывать корочку. — Он бывает очень злым. И обиды не забывает.

Я напрягся. Понимал, что пока слишком рано давить. Но какой у меня был выбор? Я должен был хотя бы попытаться. Наклонившись, поймал его взгляд. — Дома ты в безопасности?

Его челюсть напряглась. — Я в порядке. Он просто мудак, вот и все. Но я не хочу, чтобы он устроил неприятности вам или вашему ранчо. Если сможет, обязательно устроит.

Я внимательно смотрел на сидящего передо мной подростка, пытаясь понять, чего он недоговаривает. Но лицо Эйдана превратилось в безупречно бесстрастную маску. По собственному опыту я знал, что скрывается за такими масками. И ничего хорошего там не бывает.

11

Шайло

Я никак не могла перестать думать об Эйдене и Эллиотте. Вчера они пробыли у нас несколько часов. Эйден оказался работящим парнем. Он без жалоб чистил стойла и приводил в порядок сбрую, делая даже больше, чем от него требовалось. Но тревога не отпускала меня.

Даже по дороге к дому Хейза и Эверли перед глазами то и дело возникали лица мальчиков. Я не стала выпытывать у Рэмси подробности, потому что понимала: он и сам ничего больше не знает. Пока оставалось только присматривать за ними. Может, попросить Хейза заехать к ним домой.

Я свернула с гравийной дороги на частный подъезд. Стоило знакомому пейзажу показаться впереди, как желудок сжался. Я все ждала, что однажды это ощущение исчезнет.

Каждый раз, когда здесь что-то менялось, я надеялась. Но вспышка паники всегда оставалась прежней. Она не ослабла, когда построили загоны для животных. Не исчезла, когда Эверли и Хейз возвели здесь новый дом. Даже после того, как я снесла этот проклятый сарай. При виде этого места первое желание у меня всегда было одним — бежать.

Именно поэтому я заставляла себя приезжать сюда. Я отказывалась позволять этому месту властвовать надо мной. Позволять ему властвовать надо мной.

Через минуту-другую паника всегда отступала. Я сосредоточивалась на животных, которым Эверли помогала в своем приюте. Или на ней и моем брате. На том, как сильно они обо мне заботились. Место, которое когда-то принесло столько боли и страданий, теперь стало местом света и исцеления.

Это давало мне надежду. Все может измениться. Преобразиться. А значит, возможно, и я тоже.

Я припарковалась рядом с внедорожником Эверли. Перед амбаром стояли еще две машины. Сотрудники, которых она наняла ухаживать за животными и проводить экскурсии.

Я начала сомневаться, стоило ли заявляться сюда посреди дня без предупреждения. Мне хотелось избежать очередной сцены с Хейзом, но и вести этот разговор при посторонних я не хотела. Я крепче сжала ключи, глядя на амбар.

Эверли вышла на солнце, и свет заиграл в ее золотисто-светлых волосах. Она помахала мне и направилась в мою сторону.

Поздно. Я заглушила двигатель и выбралась из пикапа.

Подойдя ближе, Эверли улыбнулась, но я заметила тени под ее глазами.

— Привет, Шай.

— Привет.

Я вертела ключи, крутя кольцо вокруг пальца. Я думала о словах, которые хотела сказать Эверли, но они застряли в горле и никак не желали вырываться наружу.

— Лимонад?

— Давай.

Лимонад даст мне время снова найти нужные слова. Ухватиться за них покрепче и заставить себя произнести.

Эверли кивнула в сторону дома.

— Хейз сказал, ты переехала. Как тебе новое место?

Я покосилась на нее, пока мы шли.

— Он именно так это и сформулировал?

Она рассмеялась.

— Возможно, еще немного возмущался из-за того, что ты живешь с опасным мужчиной.

— Рэмси не опасный.

Слова вырвались легко — и куда резче, чем я собиралась.

Эверли замедлила шаг, внимательно меня изучая.

— Нет. Не думаю, что он опасный.

Я посмотрела на нее, пытаясь понять, почему она так уверена.

Эверли открыла входную дверь и вытерла ноги о коврик.

— Я знаю, что Хейз тебя чрезмерно опекает. Он стал гораздо лучше, но ему все еще трудно себя сдерживать. Особенно когда дело касается тебя.

Я подавила ругательство. Мне до смерти надоело быть слабой. Той, кого постоянно нужно защищать. Если уж на то пошло, пережитое мной должно было доказать им, насколько я сильная.

Эверли повела меня на кухню и достала кувшин с лимонадом.

— Из-за этого он порой перестает видеть ситуацию ясно. Я работаю со спасенными животными и много слышала о Рэмси. О чудесах, которые он творит с покалеченными лошадьми. Не думаю, что в таком человеке может быть что-то плохое. Животные бы это почувствовали.