— Экспериментальный образец, — повторил Олридж, и его брови поползли вверх. — Образец, способный дезориентировать боевого мага?

— Он разработан для борьбы с нечистью при возникновении разломов, — поспешила уточнить я.

— Но на магов тоже действует, — продолжил настаивать ректор.

— Мы его ещё не испытывали, — уклончиво ответила я.

— До вчерашнего вечера.

Голос ректора странно изменился на последней фразе. Мне даже показалось, что он сдерживает смех. Показалось, конечно, потому что следующие слова развеяли эту иллюзию и поставили меня на место.

— Мисс Силвертон, насколько я помню, вчера в этом самом кабинете мы с вами говорили о халатности. Ответьте мне: где положено хранить подобные составы?

Я сглотнула. Вот теперь придётся рассказывать всё.

— Там небезопасно, — насупилась я. — Замок на моём сейфе в Хранилище был взломан. А в лаборатории одна склянка среди десятков других, к тому же на этикетке было нейтральное название.

— Что значит «взломан»? — Ректор подался вперёд.

Я рассказала, как обнаружила магические изменения в охранном контуре сейфа, как он отозвался холодом вместо привычного тепла.

— И что именно пропало?

— Двадцать миллилитров эссенции огненного корня и десять граммов пыльцы синего аконита, — отчиталась я.

Хлопок ректорской ладони по столу заставил меня подпрыгнуть на месте.

— И вы не заявили о пропаже сразу же? — Вот теперь в голосе ректора зазвучал настоящий гнев. — Вы понимаете серьёзность ситуации? Оба компонента входят в список запрещённых веществ.

— А кто бы мне поверил? — вырвалось у меня. — Утром меня публично обвинили в отравлении лорда Стормвейла. На флаконе была моя метка. Если бы я пришла к вам с заявлением о краже, это выглядело бы как попытка замести следы.

Я сделала паузу, переводя дыхание.

— К тому же в столовой во время обеда я заметила, что... запас приворотного зелья в организме лорда Стормвейла пополнился. Кто-то влил в него новую дозу. И вот после этого я и обнаружила пропажу. Но я собиралась, честное слово.

Я с опаской покосилась на кристалл истины. Вдруг мои метания по поводу сказать или нет он воспримет как ложь?

Но нет, кристалл сиял ровным светом.

— Погодите. — Брови ректора удивлённо приподнялись, и он вопросительно посмотрел на профессора Мерфи. — Разве это возможно, проф? Вот так, на глаз, определить, какое зелье применено и даже заметить повторную дозу?

Профессор Мерфи довольно улыбнулся.

— На моём факультете такой способностью в полной мере обладают двое, господин ректор, — гордо заявил он. — И оба — мои ученики. Это требует многолетней практики с активными составами и врождённой чувствительности к магическим резонансам. Вивьен видит ауральные отклики зелий так же чётко, как вы различаете цвета.

— Интересно, — протянул ректор, постукивая кончиком карандаша по столешнице. Затем его взгляд снова сфокусировался на мне и стал холоднее. — Итак, мисс Силвертон. Вы заметили повторное отравление, после этого обнаружили пропажу. К каким выводам вы пришли? Почему вы не предупредили никого из руководства о замеченном отравлении? Разве вы не знаете, что применение приворотных зелий — подсудное дело? Хотя, кажется, я догадываюсь: вы решили таким образом отомстить лорду Стормвейлу за утренний инцидент.

Я покраснела от возмущения, но тут же возразила:

— Нет! Я, наоборот, думала о том, что его надо предупредить, чтобы он пошёл к целителям.

— И?

— По дороге из Хранилища меня подкарау… я столкнулась с лордом Стормвейлом. Он заявил, что приворот настроен на меня, а значит, его точно сделала я. Он знал, что у меня есть доступ к нужным ингредиентам, и был убеждён, что я единственная, кто мог это сделать.

Я замолчала. Говорить о том, что от меня требовал Кейран и чем угрожал, я не решалась. Он вмешался сам.

— Всё так, — раздался его хрипловатый голос. — Похоже, именно я сбил мисс Силвертон с курса. Решил, что будет справедливо: кто создал зелье, тот должен и исправлять ошибку.

— Но теперь-то вы поняли, юноша, — вскинулся профессор Мерфи, — что студентка, которая работает над такими проектами, едва ли станет отвлекаться на подобные сомнительные интриги.

— Понял, — коротко ответил Кейран.

— Ну что ж, инцидент исчерпан, — подытожил ректор. — Тёмные места есть в этой истории, но с вами, лорд Стормвейл, они едва ли связаны. Вы можете идти. А вы, мисс Силвертон, задержитесь. Я хотел бы поточнее знать, какие у вас с профессором Мерфи ещё есть планы и насколько они опасны для академии. В чём дело, лорд Стормвейл?

Кейран стоял у двери, не спеша её открывать. Он не смотрел на ректора, он смотрел мне прямо в глаза.

— Мисс Силвертон, — произнёс Кейран. — Приношу свои извинения за… несдержанность.

Он вышел, а я продолжала смотреть на закрывшуюся дверь с изумлением.

Лорд Стормвейл только что извинился передо мной, лабораторной мышью?

Глава 11. Это не шутки

Вивьен Силвертон