Едва возвращаюсь на рабочее место, сразу пишу все, что требуется. Передам эту бумагу сразу после совещания.

На встречу иду с тяжелым сердцем. Все-таки люблю эту компанию. Мне совсем не хочется бросать все, тем более, в такой момент, как сейчас. Если судить по уму, то увольняться мне ни в коем случае нельзя, но никакие правила ума не работают, когда задевает за живое.

Черный ясно дал понять, что не отступит. Другого выхода у меня теперь не остается. Только уйти.

— Макар Александрович, мы бы хотели поднять вопрос зарплаты, — начинает Ираклий. — Это не входит в повестку дня, но ситуация критическая. Ко мне поступило множество обращений по поводу резкого снижения выплат. Не буду скрывать, мою зарплату тоже серьезно урезали. Как понимаете, случившееся вызывает глубокую озабоченность.

Черный поворачивается и окидывает Ираклия такие выразительным взглядом, что кажется, тот бы и рад замолчать, но поздно.

— Боюсь, все дело в том, что мы резко прервали процесс обновления. Вот если бы вы позволили нам внедрить новую систему…

— Хватит, — обрывает Черный. — Я уже достаточно изучил ваше внедрения. У нас полная смена курса. Зарплаты пересчитаны в зависимости от того, какую пользу каждый приносит компании за последние несколько месяцев. Да, по оценки моих специалистов многие отделы оказались практически бесполезны. Но даже здесь нашлось несколько сотрудников, которые проявили себя с хорошей стороны. Им выписали премию.

Ираклий застывает.

— Каждому по заслугам.

Черный называет несколько отделов, между которыми была разделена премия. Мой звучит в том числе.

— Всего десять человек, — подводит он итог. — Им удается нормально работать, вопреки вашим обновлениям.

— Но современные технологии, — возражает Ираклий. — Мы просто пытались идти в ногу со временем.

— Идите. Я никого не держу, — холодно бросает Черный. — Если кого-то не устраивает новая политика компании, если кому-то здесь что-то не по вкусу, то отправьте заявление на увольнение. Быстрее сбросим балласт.

В тот день заявление не отправляет никто.

И я свое разрываю.

Черный никак не выделяет меня. Больше нет ни долгих прожигающих взглядов, ни двусмысленных намеков.

Начинаю снова верить, что смогу вернуться к нормальной спокойной работе.

Еще не догадываюсь, как сильно ошибаюсь.

12

Первые несколько дней после того совещания проходят в напряжении.

Ну мало ли что взбредет в голову Черному? Вдруг опять возьмется за старое? Рано делать выводы наверняка. Нужно немного подождать, понаблюдать.

Постепенно выдыхаю, когда становится понятно, что с грязными приставаниями покончено.

Черный держится со мной подчеркнуто отстраненно, формально, вежливо. Как и с остальными сотрудниками. Мы пересекаемся на общих встречах, других совещаниях и презентациях. Обмен фразами происходит сугубо по делу. Ни тени чего-то личного сюда не примешивается.

Единственный раз, когда мы оказываемся наедине, происходит за пределами офиса. В жилом центре. В лифте.

Сначала вспыхивает тревога. Инстинктивный рефлекс загорается в момент, когда массивная темная фигура шагает следом за мной в кабину. Улавливаю боковым зрением, а развернувшись, узнаю в человеке позади своего босса.

Непроизвольно отступаю назад, упираясь спиной в стальную стенку. Хотя разумнее было бы выскользнуть из лифта под каким-нибудь предлогом. Например, срочный звонок.

Связь тут все же обрывается.

Но на то, чтобы это сообразить у меня всего несколько секунд, а потом становится поздно.

Черный ловит мой взгляд.

— Какой этаж? — спрашивает.

— Пятый.

Ладно. К чему эта паника? Еще неделю назад я бы ни за что не осталась с ним вот так один на один в лифте. Но теперь глупо волноваться. Ситуация сильно изменилась.

Тяжело поверить, что еще недавно Черный откровенно домогался, пер как танк. Все больше причин поверить, что его скотское поведение — часть изощренной проверки сотрудников.

Босс нажимает нужный мне этаж на панели, а в следующий момент его палец перемещается выше. На кнопку «семь».

Лифт трогается вверх. Пока кабина движется от одного этажа к другому, успеваю прокрутить в голове то, что первая наша встреча, скорее всего, оказалась нелепой случайностью.

Черный был после долгого перелета. Возможно, его помощники что-то напутали, ведь я недавно въехала в свою квартиру. Видимо, это где-то не отметили. Пошла путаница. Ему вполне могли дать дубликат моих ключей. Дальше спросонья он повел себя как последняя сволочь. Никакая усталость не оправдывает такое, но…

Стоп. А ведь я и правда пытаюсь найти всему не просто рациональное объяснение.

Черный нравится мне как босс. Нельзя не отметить то, как грамотно он принимает все решения, как умело перестраивает работу отделов, причем заметно, вникает сам, а не ориентируется на мнение своих ассистентов.