Еще сильнее противоречие между тем, что вижу сейчас, и его животным поведением в самом начале.

Черный не произносит ни слова, достает мобильный телефон, что-то сосредоточенно изучает. Тоже молчу.

Наконец, лифт останавливается, створки расходятся в разные стороны и босс отходит на шаг в сторону, пропуская меня вперед.

— До свидания, — говорю сдержанно.

Он угрюмо кивает, не отрывая взгляд от дисплея.

На этом весь наш контакт закончен.

Похоже, больше нет причин волноваться о чем-то. Можно спокойно работать как раньше. Но на следующий день понимаю, что спокойной жизни не светит.

Только проблема приходит совсем не та, которой опасалась.

Черный вызывает меня к себе в кабинет.

— Это твоя подпись? — спрашивает мрачно.

Передает мне пачку бумаг.

Бегло просматриваю документы. Подпись действительно моя. Но взгляд цепляется за содержимое бумаг. Не помню, чтобы оформляла такие контракты. Каждый договор выглядит совершенно незнакомым, хотя даты свежие. Всего месяц назад или два. Не могла же я столько документов упустить из виду.

— Да, здесь моя подпись, но…

— Ты уже поняла, что это? — холодно интересуется Черный.

А я застываю. Конечно, надо внимательнее изучить. За пару минут четкий вывод сделать нельзя. Вот только кое-что уже выхватываю, и увиденное мне совсем не нравится.

— Отмывание денег, — заключает босс. — Через мою компанию. Хорошо придумали, Марина Евгеньевна. Схема талантливо сделана.

Перевожу взгляд на него. Замираю, не понимая, как такое возможно, откуда здесь столько моих подписей, и главное — моя личная печать. Допустим, подпись можно подделать, если постараться. Но печать у меня в сейфе. А я только сегодня его открывала, замок сломан не был. Там сильная система защиты. Подобрать код не получилось бы.

Или?..

+++

Девочки, приглашаем вас в обжигающую историю Мари Малинской "Мой босс - ред флаг"

— Как насчёт секса по дружбе, Раевская? — от его фирменной ухмылки по всему моему телу прокатывается ток.

— Мечтай, Вяземский, — цежу сквозь зубы.

— Как ты обо мне все эти годы?

Три года я строила идеальную карьеру в легальной, «белой» компании вдали от мафиозных разборок своей семьи. Ровно до того дня, пока в кресло моего начальника не сел Максим Вяземский — сын друга моего отца, мой бывший одноклассник и настоящий ред флаг🚩. Он привык играть грязно и игнорировать субординацию, но забыл, что я тоже умею показывать зубы. И я ни за что не прощу ему, что он увёл моё повышение!

Книга тут

И оцените шикарную обложку!

13

— Как будем решать этот вопрос? — прохладным тоном спрашивает Чёрный.

А у меня в голове ни единой мысли нет. Все, о чем могу думать, — как могли добраться до моей печати? Еще и так, что я не заметила.

— Я бы мог вызвать полицию прямо сейчас, — ровно продолжает он. — Обратиться в нужные инстанции. Но расследование будет громким, привлечет повышенное внимание к моей компании. Такая ситуация выставит все фирмы не в лучшем свете. Что это за холдинг, где сотрудники такое себе позволяют? Как доверять компании? О каких серьезных сделках с партнерами может идти речь, если на месте порядка нет?

Каждый новый вопрос сильнее выбивает.

— Я не знаю, — вырывается глухо. — Не понимаю, как такое могло произойти. Эти документы вижу впервые. Честно. А моя печать на бумагах… не представляю, как такое организовали. Да, мой сейф не взломан, пароль никто не мог узнать. Но я бы никогда не стала…

— Давай к делу, Марина, — пресекает Черный, снова переходя на «ты», однако сейчас в его тоне нет ни тени прежней фамильярности.

Сухо, четко, строго.

— Я бы мог высчитать убытки из твоей зарплаты. Но ты уже должна мне крупную сумму за разбитую вазу. Если еще и эти деньги оттуда вычитать, то что у тебя останется? Ты до конца дней мне этот ущерб не возместишь.

— Ваза? — вылетает растерянно.

Черный вопросительно выгибает бровь, и я нервно выдыхаю. Слова не идут с языка.

— Ты про вазу забыла? — хмуро спрашивает он.

И тут по моему лицу ответ понятен сразу. Эта тема больше не поднималась. Мне казалось, история в прошлом. Возможно, часть его проверки, как и прессинг в первые дни знакомства, когда он меня донимал без тормозов.

— Забыла, значит, — хрипло делает вывод, с которым не могу поспорить. — Интересная у тебя память. Видимо, помнишь только то, что удобно. Это ты так и про отмывание денег завтра забудешь? Может и с печатью так?

— Нет, я просто подумала, это, — начинаю и замолкаю, осознав, как глупо прозвучит то, что собираюсь сказать.

Проверка.

Ну какая еще проверка? Зачем ему так меня проверять? Если с провокационными приставаниями все ясно, то подделывать такое количество документов, брать мою печать и выстраивать целую схему — это же полный бред. С ужасом понимаю, что ничего не смогу сейчас ему доказать. У меня нет ни единого аргумента кроме банального «я не виновата». А против меня говорят факты. Целая подборка.