Восседая прямо на драконьей голове, он широким жестом распахнул объятия и, одарив Деррика вкупе с остальными сдержанной улыбкой, изрек:

— Добро пожаловать в тот самый, обетованный божеством мир света!

…………

Над серой мглой, под сводами монументального, древнего дворца.

Клейн, вальяжно откинувшись на почетном кресле «Шута», неотрывно следил за всеми перипетиями разведывательного отряда Города Серебра сквозь мерцающую багровую звезду «Солнца», будучи железобетонно готовым в любую долю секунды вмешаться и купировать форс-мажоры.

Лишь когда эта наглухо погребенная под толщей тысячелетий «история» наконец-то сплелась с нынешней «эпохой», а следопыты благополучно взошли на борт судна, присланного новоиспеченным правительством архипелага Ротсид, и оставили позади самую гибельную, стержневую акваторию руин битвы богов, Клейн с колоссальным облегчением выдохнул. Опустив зажатый в руке «Звездный Жезл», юноша небрежным взмахом приманил к себе две вещицы.

То были выщепленная из нутра проклятого «занавеса» Потусторонняя характеристика «Чудотворца» вкупе с «Червем Звезд», доставшимся от «Святого Тайн» Бутиса.

Немного поразмыслив, Клейн хищным жестом левой руки зачерпнул пустоту, выудив из пор истории увесистый сгусток непроницаемо-черной, отливающей багрянцем жидкости.

Это была не что иная, как кровь Темного Демонического Волка Котара — целых триста миллилитров, служащих стержневым вспомогательным ингредиентом для эликсира «Чудотворца».

Разумеется, у этого катализатора имелась лишь одна-единственная, утилитарная функция: сгладить пагубные побочные эффекты Потусторонней характеристики и смягчить оккультную отдачу. А посему тот факт, что перед ним был лишь исторический фантом, не стоил и выеденного яйца. Главное — выжать из него максимум в процессе варки и поглощения зелья. Едва лимит времени для проекции иссякнет до дна, Клейн либо с треском провалит таинство, сорвавшись в безумие и обернувшись гротескной тварью, либо триумфально взойдет на престол «Чудотворца», наложив лапы на первичный контроль над характеристикой, и при любом из этих раскладов подмога больше не понадобится.

Вслед за этим Клейн выудил из исторической мглы еще одну вещицу.

То был прозрачный, насчитывающий множество сегментов «Червь Времени».

— Питая к Амону жгучий, первобытный ужас, Клейн на сей раз благоразумно предпочел призвать того самого «Червя Времени», которого ему в свое время ссудил Паллес Сороастр, дабы наглухо исключить любые непредвиденные форс-мажоры.

Закончив с приготовлениями, юноша силой мысли соткал железный котел. Плеснув внутрь триста миллилитров крови Темного Демонического Волка, он поочередно забросил туда недавно выуженного «Червя Времени» и мерцающего ослепительными искрами «Червя Звезд».

Непроницаемо-черная, отливающая багрянцем жидкость в котле вмиг налилась бездонным мраком. Её поверхность стала кристально прозрачной и чистой, тогда как в пучинах закружились неистовые, скрытые водовороты.

Не раздумывая ни доли секунды, Клейн подхватил Потустороннюю характеристику «Чудотворца».

По форме эта дрянь до боли напоминала сердце, прозрачное словно хрусталь, вот только на его поверхности то и дело вспучивались крошечные пузырьки, каждый из которых, казалось, таил в себе некий иллюзорный, гротескный мираж.

Стоило этой Потусторонней характеристике лишь коснуться жидкости в котле, как она мгновенно, без остатка растворилась в ней. Мрак в ту же секунду сгустился, став пугающе глубоким, а в его недрах словно разом распахнулись мириады незримых, всевидящих глаз.

Просверлив варево взглядом пару секунд, Клейн сноровисто перелил готовый эликсир «Чудотворца» в стеклянный флакон и, оседлав ритуал дарования, переправил его прямиком в материальную реальность.

В водах моря Соня, на безымянном, необитаемом клочке суши, благополучно «Телепортировавшийся» туда Клейн устремил тяжелый взгляд на зажатое в руке зелье. В его душу внезапно закрались томящие сомнения: ведь стоит ему лишь обернуться ангелом, как Потусторонняя характеристика неминуемо начнет исподволь отравлять его рассудок. Он будет становиться всё более ледяным, всё более безжалостным, всё больше презирая саму жизнь. Чтобы удержать в узде свою человечность, ему кровь из носу понадобятся надежные, железобетонные якоря.

И это было отнюдь не то препятствие, которое можно было играючи обойти, как на прежних ступенях, до дна переварив эликсир и виртуозно овладев методом «отыгрыша». В свое время великий император Рассел, чье восхождение поначалу шло как по маслу, добравшись до ангельского престола второй Последовательности, тоже едва не подвергся гротескным мутациям, балансируя на самом краю потери контроля.

Что же до тех мастодонтов ангельского эшелона, с коими Клейн успел свести знакомство — на первый взгляд все Они казались вполне здравомыслящими, однако какая леденящая суть скрывалась под Их фасадами и в каком состоянии Они барахтались, укрывшись в тени, сыщику было неведомо.