Стоит им лишь столкнуться лоб в лоб, как «0–08» — артефакт, выкованный из останков «Дракона Кошмаров» Алесухода — тотчас же «пробудится». Перо переродится в самого «Дракона Фантазий» Ангелведа, пускай и в слегка урезанном статусе. А вслед за этим восставший из пепла древний бог, виртуозно оседлав Свою же темную, извращенную личность, наглухо запертую за теми самыми бронзовыми вратами, сможет исподволь зачерпнуть мощь «Моря Хаоса». И этот финт в долю секунды вознесет Его на престол абсолютного гегемона среди Королей Ангелов, уступающего лишь истинным божествам.

Лишь обзаведясь столь железобетонным фундаментом, Он выгрызет себе призрачный шанс бросить вызов Адаму в борьбе за престол «Фантазера» и триумфально воскреснуть во всем Своем первозданном величии.

«На фоне всей этой шизофреничной карусели, методы „Темного Императора“ по возвращению с того света выглядят до одури простыми, рублеными и изящными…» — Клейн едва уловимо кивнул и произнес:

— Точь-в-точь как отношения между «Драконом Фантазий» и «Драконом Кошмаров»?

Адам плавно опустился, усевшись бок о бок с Клейном:

— Истинно так.

— Впрочем, «Дракон Фантазий» и Сам изрядно нахватался леденящей скверны, да еще и вобрал в Свою плоть примеси с чужих стезей. Его рассудок и тело барахтались в весьма плачевном состоянии, отчего отсечь от Себя Ему удалось лишь одного-единственного «Писателя». Попытайся Он выкинуть финт посерьезнее — и неминуемо сорвался бы в бездну потери контроля прямо на месте.

Благоразумно проигнорировав сидящего по соседству Адама, Клейн, всё так же неотрывно сверля взором вторую «Скрижаль Богохульства» прямо по курсу, спросил:

— И в чем же кроется фундаментальная пропасть между этим фокусом и клонами «Мародера»?

— Вскарабкайся Амон на престол «Ошибки», и Он точно так же смог бы играючи наклепать себе как минимум парочку двойников первой Последовательности.

Адам, слегка подавшись вперед, пояснил с бритвенной лаконичностью:

— Клоны и оригинал — это по-прежнему единый, монолитный организм, банально раскиданный по разным координатам.

«Иными словами, „выфантазированный“ мастодонт первой ступени наглухо отсечен от подлинного тела? Его можно смело считать абсолютно автономной, независимой личностью, а пробудить оригинал по зубам лишь через виртуозные ритуалы или специфические медиумы?» — Клейн, глубокомысленно нахмурившись, задал очередной вопрос:

— Ты пробудился в тот самый миг, когда вскарабкался на престол «Фантазера»?

— Отнюдь, — устремив безмятежный взгляд прямо перед собой, мягко отозвался Адам. — Это случилось в час Моей гибели, когда на свет вылупился «Истинный».

Клейн, на долю секунды опешив от такого откровения, с нескрываемой оторопью вопросил:

— И неужто ни одна из заоблачных сущностей не почуяла подвоха?

Ведь прознай пантеон божеств, что Древний бог Солнца уже давным-давно благополучно «воскрес» в теле Адама, летописи Четвертой Эпохи почти стопроцентно свелись бы к тотальной, кровавой облаве на империю Соломона, Орден Сумеречных Отшельников вкупе с династией Амонов.

— Если вынести за скобки «Истинного», которому всё ведомо наверняка, кое-какие смутные подозрения могли закрасться разве что к Ночи, — размеренным, неторопливым баритоном изрек Адам. — Я виртуозно нацепил на Себя личину параноика. Безумца, одержимого маниакальной жаждой воскресить собственного отца прямо в Своей плоти. А уж для Короля Ангелов, шагающего по стезе «Фантазера», разыграть подобный спектакль — пара пустяков.

— А как же Медичи… — сыщик внезапно проникся щемящей жалостью к «Красному Ангелу».

Впрочем, поймав себя на этой мысли, юноша опустил взгляд на торчащий из собственной груди окровавленный деревянный крест-кол и резонно рассудил, что его собственная шкура заслуживает куда большего сочувствия.

Адам же с ледяным, железобетонным спокойствием продолжил:

— То была абсолютно необходимая жертва.

— Как, по-твоему, Ему удалось прокоптить небо в шкуре злого духа столько тысячелетий, так и не угодив под чужие всевидящие взоры?

Клейн погрузился в звенящее молчание на пару секунд, после чего виртуозно сменил тему:

— И ты всерьез намерен продержать меня здесь в таком подвешенном состоянии?

— Ты вполне волен умыть руки и покинуть пределы этого костяного собора прямо сейчас. Вот только Заратул уже несет глухую вахту прямо у порога, и в твоих нынешних, плачевных кондициях тебе светит лишь одна участь — пополнить ряды Его марионеток, — ответил Адам, чье лицо так и не дрогнуло ни единым мускулом.

Клейн благоразумно прикусил язык, с головой уйдя в повторное, скрупулезное препарирование оставшихся строк на второй «Скрижали Богохульства».

…………

Тем временем в водах Туманного моря левиафан «Рассвет» абсолютно бесшумно скользил по мерно вздымающимся, лазурным океанским валам.

Бернадетт резко, словно от удара током, распахнула глаза и рывком села на постели.

Девушка сурово свела брови на переносице. Молниеносно выбросив руку, она подхватила вещицу, что безмятежно покоилась прямо по соседству.

Диковина целиком отливала благородным золотом, а её поверхность была сплошь испещрена вязью не поддающихся осмыслению, первобытных символов. С виду артефакт до боли напоминал миниатюрный чайник.