— Я люблю тебя. — Ее слова были нежными и искренними.

— Я люблю тебя еще больше.

Мы прислонились лбами друг к другу и просто сидели так несколько секунд.

— Уиллоу, здесь недалеко река. Мы построим плот и поплывем так далеко, как позволит река. Это будет проще для тебя, чем целый день идти пешком.

— Можно, мы сначала вымоемся?

— Да.

Она отстранилась.

— У нас есть время? Прошлой ночью ты сказал, что мы должны продержаться, и если мы проспим пять часов, они, возможно, догонят нас.

— Я знаю. Но мне потребуется некоторое время, чтобы построить плот. У тебя будет время наполнить наши бутылки водой, умыться и, возможно, постирать что-нибудь из нашей одежды.

— Я бы этого хотела.

Я прикусил губу.

— Хорошо, но ограничься несколькими вещами первой необходимости. Нам придется развесить их по рюкзакам для просушки.

Уиллоу помогла мне перенести лагерь к реке, где я соорудил из его частей плот. Мы стерли самые очевидные следы нашей ночи, проведенной здесь. После восьми дней, проведенных в бегах, у нее это хорошо получалось.

Струя воды была холодной, но приятной и освежающей. Наши рюкзаки стояли в стороне, и утреннее солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, создавая то волшебное сияние, которое я так любил. Когда с основным плотом было покончено, я улучил минутку, чтобы умыться.

Уиллоу стояла в трусиках и лифчике, вода доходила ей до пояса. Течение было сильным, и я не спускал с нее глаз, боясь, что она потеряет равновесие. Ее руки были заняты стиркой нашей одежды, и я восхищался видом ее подтянутого тела с мягкими изгибами, которыми я никогда не мог насытиться. У нее были укусы комаров на руках и бедрах, и прошлой ночью они сводили ее с ума. Теперь, когда она отвлеклась, она, казалось, забыла о них. Уиллоу оглянулась и улыбнулась. Мне показалось, что выглянуло солнце, и я подумал, что она самая красивая молодая женщина, которую когда-либо видел мир. Ее длинные волосы были мокрыми после того, как она окунула их в воду и вымыла. Меня охватила радость от осознания того, что отныне мы с Уиллоу будем вместе. Мне просто нужно было найти место, где мы могли бы построить нашу новую жизнь вдали от взрослых, которые пытались нас контролировать.

— Сильно болит? — спросил я, когда увидел, что Уиллоу положила руку себе на спину и потянулась назад.

— Я не привыкла так много бегать и ходить пешком. — Она улыбнулась мне. — Впрочем, я не жалуюсь. Это стоит того, чтобы быть здесь, с тобой.

Я сидел на корточках в воде, умываясь, но теперь встал и подошел, чтобы прикоснуться к ней, с моих черных трусов стекала вся вода, которую они впитали.

— Ты уверена?

Уиллоу запрокинула голову и посмотрела на меня снизу вверх.

— Да, я уверена. — Она обняла меня за талию, и влажная ткань в ее руках упала мне на спину.

— Я хочу подарить тебе целый мир, — прошептал я и поцеловал ее.

Ее улыбка стала шире.

— Мы создадим наш собственный мир.

— Именно так.

Яркий солнечный луч ударил в нас, как будто кто-то с неба искал нас и теперь направлял на нас луч прожектора. Это было приятно и согрело наши замерзшие тела.

Уиллоу прижалась ко мне и поцеловала в ключицу.

— Прости за вчерашний вечер. Кажется, я заснула, пока мы целовались, не так ли?

— Не беспокойся об этом.

— Мне жаль. Я просто так устала. Может быть, сегодня все будет по-другому и мы сможем попробовать что-нибудь новенькое.

Мои руки обвились вокруг ее спины, и я уткнулся головой в ее волосы.

— Все в порядке. У нас впереди столько времени, сколько нужно. Не нужно никуда торопиться.

— Но мне нравится целоваться с тобой. Может, мы можем попробовать еще раз?

— Сейчас? — мой голос дрогнул. Я ненавидел, когда это случалось. Теперь, когда мне было семнадцать, это случалось редко, но Уиллоу начинала смеяться, ее голова все еще лежала у меня на груди.

— Ого, Соло, твое сердце только что начало бешено колотиться. Я буквально слышала это. — Она схватила меня за руку и поднесла к тому месту, где только что было ее ухо. — Ты чувствуешь это?

— Да.

— Почувствуй мое сердце. — Завораживающие зеленые глаза Уиллоу моргнули, когда она поднесла мою руку к своей груди.

— Да, твое сердце тоже бьется быстро.

Она улыбнулась и, обхватив меня за запястье, потянула мою руку немного вправо. Я понял ее намек и обхватил ее грудь. Восемь дней в бегах сделали ее меньше, но Уиллоу была богиней в моих глазах, и моя твердая эрекция, которая начала упираться ей в живот, красноречиво говорила о моем влечении к ней.

— Тебе грустно, что у нас не будет официальной свадебной церемонии? — спросила Уиллоу.

Я сделал глубокий вдох.

— Да. Мне бы этого хотелось. Может, мы еще недостаточно взрослые и у нас никогда не будет официальной церемонии, как у других, но мы выбираем друг друга и рискуем всем, чтобы быть вместе. Это должно чего-то стоить.