Я чувствую, как вся кровь отливает от моего лица прямо к моему чертову члену. Моя шея горит, и я выпрямляюсь на своем месте.

Беннетт: Подожди, ты переезжаешь в Сан-Франциско?

Бауэр: Так и есть.

- Черт возьми, - говорю я, выпрямляясь во весь рост.

“ Что? - Спрашивает Нолан с набитым буррито ртом.

— Сюда переезжает подруга моей ги-э-э, моей сестры.

“Угу, и почему это, черт возьми, такой момент?” Он смотрит на меня, шевеля бровями, и, честно говоря, какой в этом смысл?

Если я собираюсь проболтаться, то с таким же успехом могу рассказать об этом кому-то, кто вообще не привязан к ситуации. И, черт возьми, мне будет приятно снять эту тяжесть с души.

“Потому что я был чертовски сильно влюблен в нее с тех пор, как встретил ее, и ни одна женщина не сравнится с ней. Никогда. Я пытался выкинуть ее из своих мыслей, из того, как она запечатлелась в моей гребаной душе, но это не сработало. Она идеальна, все в ней. Если она получит здесь место, это будет означать, что я наконец могу сделать шаг, шаг, которого я ждал так чертовски долго, что это действительно причиняет боль ”.

Нолан моргает, изучает меня, а затем откусывает от своего буррито. - Отлично, чувак.

Верно? Это все, что он может сказать в ответ на мое признание? В тайне, которую я так долго хранила?

Наверное, потому, что это Нолан.

Теперь, если бы это был OC, о котором я рассказывал, это была бы совершенно другая реакция.

Посмеиваясь, я возвращаюсь к своим сообщениям с Бауэром, пытаясь сохранять хладнокровие, хотя у меня кружится голова, как у гребаного ребенка рождественским утром.

Беннетт: Это потрясающе. Когда ты приедешь?

Бауэр: Ну, Адалейд — женщина, на которую я работаю, — хочет быть в городе к следующей неделе. Она только что купила викторианский особняк в Пак-Хайтс, и все ее вещи перевезут туда через два дня, а это значит, что я должен быть в Сан-Франциско за один день, чтобы убедиться, что я на новом месте к приезду. А это значит, что этой девушке нужно найти место, и как можно скорее.

Однажды.

В один гребаный день.

Моя улыбка растягивается от уха до уха.

Беннетт: Ты всегда можешь остаться со мной, пока не найдешь жилье.

Пожалуйста, скажи "да", пожалуйста, скажи "да".

Бауэр: Вообще-то я смотрел квартиру в вашем многоквартирном доме. Это было бы странно?

Черт возьми, нет. Она шутит?

Это лучшая гребаная новость, которую я слышал с тех пор, как меня призвали в майоры.

Если она живет в том же многоквартирном доме, мы могли бы…черт, мы могли бы поужинать вместе, мы могли бы принести друг другу сладкого ... Она могла бы постепенно начать понимать, что я был безумно влюблен в нее так чертовски долго, что, может быть, только может быть, она дала бы мне шанс.

Беннетт: Совсем не странный. Это могло бы оказаться полезным. Я мог бы показать тебе окрестности, познакомить с людьми.

Бауэр: Люди, да? И кто бы это мог быть, Беннетт?

Беннетт: Вы знаете, люди, которые варят кофе за углом, охранники здания и один сосед с двенадцатого этажа, которому каждый вечер доставляют одну и ту же еду.

Бауэр: Ооо, любители посплетничать, вы знаете, я люблю сплетни. Рассчитывайте на меня. Завтра я отправляюсь в город со всеми своими вещами и собираюсь осмотреть квартиру. Могу я переночевать у тебя на диване?

У меня пересыхает во рту, и я не могу печатать достаточно быстро. Слава богу, что мы сейчас в городе, потому что, если бы у нас были выездные игры, я бы расплакался.

Слова отчаявшегося человека.

Беннетт: Абсолютно. Оставайся столько, сколько захочешь.

Бауэр: Ты самый лучший. Спасибо, Бенни Бу-Бу.

“У тебя сейчас стояк?” Спрашивает Нолан, осторожно промокая лицо салфеткой.

- Нет, - отвечаю я, хотя, черт возьми, мое возбуждение от встречи с ней завтра, возможно, приведет меня на территорию стояка.

“Похоже, у тебя стояк”.

Я опускаю взгляд на свои колени только для того, чтобы Нолан разразился взрывом смеха.

“Заставил тебя выглядеть”, - говорит он, как придурок.

Раздраженная, я выбиваю буррито у него из рук, отчего оно падает ему на колени.

Огонь разгорается в его глазах, когда он смотрит на меня. “Ты, ублюдок”. Я встаю с кресла, когда он кричит: “Тебе лучше бежать!”

Я направляюсь в тренажерный зал, чтобы сделать несколько повторений, прежде чем он сможет меня догнать.

Женщина, которой принадлежит мое сердце, наконец-то будет рядом со мной.… Самое время, черт возьми, сделать этот шаг.

ГЛАВА 2

ГЛАВА 2

БЕННЕТТ

Этот гребаный клок волос.

Оно продолжает странным образом упираться, и что бы я ни делал, оно мне не подчиняется.

Я похлопываю по нему, раз, другой... третий!

И ничего.

Поэтому я выключаю свет в ванной и иду к своему шкафу, где достаю бейсболку-бомбер и надеваю ее на голову. Как бы то ни было, я не хочу выглядеть так, будто я слишком стараюсь, и все, что она на самом деле знает, что я ношу, - это шляпу, так что это было бы нормально.