А для тех, кто, возможно, не знает, что такое грязная середина, это фасон его бейсбольных штанов, чертовски обтягивающих, доходящих чуть ниже икроножной мышцы, длиной с капри. Есть очень немногие, и я имею в виду очень немногих игроков, которые могут создать этот образ, но Нолан с его взрывным фейдом, кудрявой кефалью, татуировкой на рукаве и браслетами дружбы, которые он обычно носит…что ж, ему это удается.

Откусив огромный кусок, он рассматривает буррито и говорит: “Черт, это чертовски вкусно”.

Я хихикаю, а затем тоже начинаю разворачивать свой. - Ты бы сказал, самый лучший?

“ Пока не могу дать такую оценку. Он откусывает еще кусочек и затем стонет. “Черт, но это дерьмо такое вкусное”.

Я присоединяюсь к нему и должен признать, что это чертовски вкусно.

- Ну, как дела в зоопарке? - спросил я.

Я вздыхаю и тоже откидываю спинку кресла. Остальные члены команды слоняются вокруг. У нас есть несколько часов до игры, так что мы все просто тусуемся, занимаясь своими делами.

“Все это так глупо”.

“Да, заниматься пиаром для команды, которая жульничала, когда тебя не было рядом, это отстой”.

Он прав. Это действительно отстой.

Когда я был в младшей группе, "Бомберы" были пойманы на мошенничестве, они крали знаки у других команд и передавали их. Это был огромный провал, и "Бомберы" дорого заплатили за это. И поскольку в то время меня не было в команде, но я был одним из свежих, молодых представителей совершенно новой эры, меня выбрали игроком, который должен был помочь "Бомбардировщикам" с их пиар-имиджем. И можете ли вы себе представить, что террористы были не единственными, кто столкнулся с проблемой пиара в Сан-Франциско?

Нет, футбольной команде "Фогхорнс" и "Роуг", новой хоккейной команде Сан-Франциско, также требовалось улучшить имидж. Поэтому они забрали меня, Грейдона Сент-Джона из “Фогхорнов” и Одена "ОК" О'Коннора из "Разбойника", чтобы попытаться поднять боевой дух и улучшить репутацию запятнанных спортивных команд Сан-Франциско.

Пока не уверен, что это помогает. Хотя Грейдон начал работать в социальных сетях со своим смотрителем зоопарка, и это принесло успех. Так что, может быть, у него это и работает, но у меня - не очень.

“Я думаю, что в зоопарке все идет не так, как они хотели, и я подумываю о том, чтобы предложить мне заняться чем-нибудь другим, потому что, как бы весело ни было общаться со львами, я не вижу эффекта ”.

“Звучит как гребаный провал”. Нолан откусывает еще один кусок своего буррито и стонет. “Трахни меня. Это лучше, чем минет, который я получила прошлой ночью ”.

Я смотрю на него, и он ухмыляется.

“Нет, это ложь. Минет был феноменальным”.

Качая головой, я собираюсь откусить еще кусочек, как раз в тот момент, когда мой телефон жужжит в кармане, посылая сообщение. Я вытираю пальцы одной из салфеток, которые Нолан дал мне вместе с буррито, а затем беру свой телефон и вижу сообщение от Бауэра.

Мое тупое гребаное сердце замирает от одного вида ее имени.

Я живу для того, чтобы видеть, как ее имя всплывает в моем телефоне, умолять об этом каждый божий день, потому что я такой отчаянный ублюдок. И я жду, когда она напишет, потому что если бы я позволил себе написать ей, начать разговор, то это продолжалось бы каждый час этого проклятого дня.

И это были бы тексты типа ...

Могу я пригласить тебя на свидание?

Пожалуйста, скажи мне, что ты ни с кем не встречаешься.

Когда ты увидишь во мне мужчину, которым я являюсь, а не младшего брата Габби?

Видишь? Отчаяние.

Не скрывая своего волнения, я ставлю свой буррито на кофейный столик перед собой и открываю ее сообщение.

Бауэр: Эй, Бенни Бу-Бу, что ты задумал?

Она единственная, кому позволено называть меня так, и это только потому, что я не хочу запрещать ей. OC однажды попытался назвать меня так, и я очень быстро отключил его.

Беннетт: Ем буррито на завтрак в раздевалке. Как насчет тебя?

Беседка: Охота за квартирой.

Беннетт: Что сейчас не так с твоей квартирой?

“Почему ты так улыбаешься?” Спрашивает Нолан, тыча пальцем мне в лицо.

“ Например, что? - Спрашиваю я, пытаясь скрыть улыбку, но это бесполезно.

“Как будто ты вот-вот кончишь в штаны”.

Я поднимаю бровь. - Откуда ты знаешь, как я выгляжу, когда собираюсь кончить в штаны?

“О... я знаю”.

Закатывая глаза, я поворачиваюсь обратно к своему телефону и вижу, как она набирает ответ.

“ С кем ты разговариваешь? - Настаивает Нолан.

“Просто друг”.

“Угу”. Я чувствую, как его взгляд прожигает меня. “Ты гребаный лжец, чувак. Я так не улыбаюсь, когда ты мне пишешь”.

- Очевидно, ты недостаточно любишь меня, - отвечаю я, как только мой телефон начинает жужжать.

Бауэр: Ну, видите ли, я, возможно, переезжаю.

Беннетт: Куда? Алмонд Бэй? Габби взбесится, если ты, наконец, приблизишься к ней.

Бауэр: Забавно, я буду сближаться с Бринкман, только не с ней.