Холод сковывает желудок.

Если я зажгу свет, это будет заметно. И привлечет ко мне внимание. Лучше пока этого не делать.

Глаза понемногу привыкают к скупому освещению.

Снова осматриваюсь.

Это похоже на хижину. Или на заброшенный дом. Но это точно не выглядит как часть академии.

Меня увезли куда-то?

Растираю лоб. Стараюсь лихорадочно сообразить, что делать дальше. Однако сейчас в памяти мелькают только кадры последнего разговора с лаборантом.

Она предложила мне кофе. Потом дала кексы. Она сама все это ела, но после практически сразу ушла.

Значит, в тех кексах было снотворное? Или в кофе?

Ладно, сейчас не важно.

Надо выбираться отсюда. Кто бы не притащил меня сюда, сделано это явно не ради какой-то доброй цели.

Медленно продвигаюсь к выходу, стараюсь не шуметь. Прихватываю кочергу, которую нахожу возле печки. Больше ничего подходящего для самообороны под руку не попадается. Но я понимаю, что и кочерга не слишком защитит.

Не представляю, чего ждать.

Приоткрываю дверь.

Черт, такая скрипучая. Если за этим местом сейчас кто-то наблюдает, то все услышат, что я вышла на порог.

Мелькает мысль вернуться. Запереться.

Но разве тут есть замки? И все такое хлипкое. Нет, тут лучше бы не задерживаться.

Вот только…

Нервно сглатывая, понимая, что вокруг лес.

Далеко меня не увезли. Вытянули за пределы академии. А в этом лесу полно диких зверей.

В сознании сразу всплывают предупреждения насчет лис и волков. Тут и медведя можно встретить. Нам говорили кураторы.

Лес разрешено посещать только в определенные периоды. И точно не по одиночке. В компании преподавателей или охраны.

Ну что же… мне просто надо вернуться в академию.

Да. Очень «просто».

Леденею, услышав звук неподалеку.

Что это? Шорох. Чьи-то шаги. Вдалеке. Но я слышу мужские голоса. Они все ближе и ближе.

Сердце заходится.

И в следующий момент кто-то хватает за плечи сзади.

— Тихо, Ася, — выдает хриплым шепотом.

А я даже закричать не могу. Меня всю будто парализует. От шока, от неожиданного движения. От того, как горячие руки смыкаются на моем дрожащем от холода теле.

45

— Идем, — тихо продолжает знакомый голос. — Нам нужно как-то выбраться отсюда. Если эти нас заметят, то… будут проблемы.

«Эти»?

Мужские голоса все ближе. Как и резкие смешки. Как и шорох листвы под их ногами.

— Лёва, ты что здесь делаешь? — спрашиваю, немного переводя дыхание. — Ты… как ты меня нашел?

Пока друг тянет меня куда-то в сторону.

— Правда хочешь обсудить это сейчас? — выдает он, практически мне на ухо. — Давай сперва выберемся из этого проклятого леса. Ладно?

— Угу, — бросаю короткий глухой ответ.

Сейчас действительно лучше не шуметь. Не привлекать чужое внимание.

— Обойдем с другой стороны, — говорит Лёва.

И мы осторожно обходим хижину. Стараемся как можно меньше шуметь, но приходится действовать быстро.

Мое сердце так гулко бьется в груди, что кажется, это нас рано или поздно выдаст.

Лёва сжимает мое плечо. И я невольно отмечаю, как сильно подрагивают его пальцы.

Другу не нравится лес. Очень не нравится. У него нечто вроде фобии. Ну как у меня при виде крови. Только… сильнее.

В памяти всплывает наш разговор. Первые дни в академии.

— Вот бы скорее получить разрешение, чтобы туда прогуляться, — улыбаюсь, глядя на лес, раскинувшийся неподалеку от академии. — Иногда это даже нужно для обучения. Зависит от курса. Куда попадешь.

— Черт, надеюсь, меня не заставят туда пойти, — говорит Лёва, и тон его голоса заставляет встревожиться.

— Тебе плохо? — спрашиваю, поворачиваясь к нему. — Что случилось?

— Нормально, — выдавливает он, но вид у него такой, будто его мутит. — Я… знаешь, с лесом у меня связана не очень приятная история. Никогда бы не хотел там оказаться.

Парень бледнеет на моих глазах.

— Извини, я не знала, что ты…

— Ничего, — отмахивается он. — Хорошо, что у меня нет фобии воды или чего-то такого. Леса вокруг встречаются не так часто.

Лёва тогда попробовал отшутиться. Но я не могла не замечать, как он старательно отворачивается от тех окон, где виднелся лес. Действует практически на автомате.

Не знаю, что именно произошло с другом в прошлом. Но похоже, ничего хорошего.

Несколько раз я осторожно пыталась выяснить, предложить ему как-то справиться со своим страхом, взять эмоции под контроль.

У меня получилось. Раньше вид крови действовал гораздо сильнее. Но сейчас я уже могу лучше управлять своей реакцией.

Вот только Лёва игнорировал любые мои попытки помочь.

Теперь мы оба в лесу. Ночью. И та шумная компания парней совсем близко. Это не добавляет ситуации оптимизма.

Вот же влипли. Когда я мечтала о прогулке в лесу, представляла это совсем иначе.

— Ты как? — спрашиваю тихо.