Да уж, пиарщик из меня просто от бога.

***

Я застонала как недоенная корова, когда резкий, безжалостный свет вонзился в мои глазные яблоки.

— Дуреха, ну как ты умудрилась просрать? Я же поставила на твою победу пятьсот золотых монет! — Яркие неоново-синие волосы Аран живописным облаком обрамляли ее неземное, прекрасное лицо.

В ту же секунду я искренне пожалела, что вообще пришла в себя. Ее голос звучал слишком громко и больно бил по барабанным перепонкам. К тому же в груди нещадно пекло, а каждый вдох давался с огромным трудом.

— Я убью тебя, — хрипло выдохнула я, пока мою грудную клетку прошивало острой болью.

— Милая, я только что видела, как ты сама пыталась вырезать кучу народа. Так что меня твои угрозы не пугают, — Аран принялась демонстративно разглядывать свои ногти с видом изнеженной принцессы. А я в очередной раз задумалась: как, блядь, моя жизнь докатилась до такого?

Меня отчитывает моя подруга, принцесса фейри, за то, что мне не хватило боевых навыков на гребаных кровожадных Играх. А ведь еще пару месяцев назад я разносила пиво в баре и пыталась подговорить подвальных крыс поднять восстание против Дика.

Жизнь — непредсказуемая сука.

— Ладно, если серьезно, я просто стебусь, потому что ты мне только что урезала мои бессмертные годы жизни лет на десять! Все вокруг только и трубят о том, как ты минут десять играла с телом того отрубившегося тигра уже после того, как поединок для него закончился.

Я глухо застонала и мысленно взмолилась, чтобы земля прямо сейчас разверзлась подо мной, потому что я до последнего надеялась, что мою секундную вспышку безумия никто не заметил. И ведь даже на оцепенение это дерьмо не свалишь.

Но саму Аран это, похоже, вообще не парило:

— Слушай, фейри от этого дерьма просто в экстазе, так что твой фан-клуб растет как на дрожжах. А еще тебя теперь сделали лицом прогрессивного движения за право женщин участвовать в битвах. Слава богу солнца, а то я уже не первый год пытаюсь заставить этих старых трупов хоть немного повзрослеть.

Внутри разлилось приятное чувство удовлетворения, стоило мне представить, как от этой новости корчит Райака. Я успешно проворачивала все то, чего он так не хотел. Хотя, если честно, у меня не было ни малейшего желания возглавлять какое-то там женское движение за право убивать друг друга на Играх Фейри.

На кой хрен женщинам вообще добровольно лезть в эту залупу?

Оставьте эти психические девиации мужчинам. Но раз уж это так знатно подрывало задницу Райака, я была готова с потрохами принять роль иконы «комитета сисек и мордобоя». Элитная должность, которую я сама себе только что учредила.

Аран продолжала щебетать, пока я довольно ухмылялась на своих подушках, пытаясь дышать через раз из-за пробитых легких:

— И кстати, мои гвардейцы вышли на след Дика. Скоро они его скрутят и доставят прямиком к тебе.

Я рванулась было, чтобы резко вскочить с постели, но дикая боль полоснула по торсу, заставив меня закричать. Аран предупреждающе замахала руками и осторожно уложила меня обратно на матрас:

— Не дергайся ты так. Мы сами его притащим.

Аран достала фиолетовый кристалл и принялась быстро что-то печатать по его поверхности. Я догадалась, что она использует его для связи. В моих венах разлилось странное, непривычное тепло, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы идентифицировать это чувство. Прежде я его никогда не испытывала.

Это была надежда.

Все, чего я хотела от этой гребаной жизни: стереть этого монстра с лица земли, чтобы он больше никогда, ни при каких обстоятельствах не смог причинить боль мне или Люсинде.

— Почему у меня так адски горит в груди? — спросила я у Аран.

— Твоя грудь болит потому, что тебя, на секундочку, насквозь проткнули здоровенным ледяным копьем. Я лично придушу этого ублюдка, — Аран яростно погрозила кулаками невидимому врагу.

В памяти тут же пронеслись все подробности недавней бойни.

— Так когда мне можно будет отсюда свалить? — прокряхтела я.

Да, моя грудина ощущалась так, будто ее раскололи на две части, но мне до дрожи не нравился этот стерильный бело-серебряный интерьер местной лечебницы. Навевал жуть.

Аран неодобрительно покачала головой, но все же помогла мне подняться на ноги. На мое тело была накинута простая синяя больничная распашонка, которая при каждом движении так и норовила распахнуться. В процессе подъема я случайно сверкнула перед Аран своими сиськами, когда ткань коварно сползла с плеч. Все мои многочисленные шрамы на спине оказались как на ладони. К слову, подруга никак это не прокомментировала. Она просто молча помогла мне доковылять до двери.