Не знаю, от чего паники больше: от его жгучего, уверенного прикосновения или от того, каким взглядом он сейчас проходится по моему лицу.

Спасает звонок телефона.

Джабарову кто-то звонит. Он отпускает меня, принимая вызов. Завязывается долгий разговор. Больше нет никакого внимания ко мне.

Немного выдыхаю. Стараюсь не думать о том, что кожу до сих пор покалывает от его пальцев.

Как я это все выдержу? Остается надеяться, что ночь будет одна. После Джабаров потеряет всякий интерес и отпустит. Мне от его касаний дурно. Что говорить о другом?

4

Я в напряжении жду завершения разговора. Опасаюсь, что завершив разговор, Джабаров может снова переключиться на меня. За дорогой тоже непроизвольно слежу, пытаюсь понять, куда мы едем.

К счастью, когда беседа прекращается, Джабаров просматривает что-то в своем телефоне. Потом следует новый звонок.

И так до самого приезда. Он занят делами.

Машина подъезжает к высоким кованным воротам, которые вскоре разъезжаются в разные стороны, пропуская вперед.

Я слышала про этот особняк. Официальная резиденция Джабарова. Закрытая территория, куда допускается ограниченный круг лиц.

Можно даже не оценивать шансы на побег. Их нет. Если даже рискну и попытаюсь сбежать, то это приведет к еще более тяжелым последствиям. Однако при всей удаче вряд ли мне повезет далеко уйти.

Джабаров опять говорит с кем-то. Сейчас на английском языке. Кажется, он и забыл о моем существовании. Выходит из машины, поворачивает в сторону. Пока я перемещаюсь по сиденью, разворачиваясь, дверцу открывает водитель. Выйти будет проще. Делаю жест, подаваясь вперед, но даже не успеваю ступить ногой на подножку внедорожника.

Джабаров оказывается рядом, продолжая говорить по телефону, он обхватывает меня за талию и спускает из машины на землю. Одной рукой держит мобильный, другой — меня. Движение легкое, небрежное. Его пальцы не задерживаются на моем теле дольше, чем требуется для этой помощи. Сразу после Джабаров идет вперед, знаком давая указание кому-то из своих людей. Тот человек моментально кивает, подходит ко мне.

— Пожалуйста, следуйте за мной, — говорит он. — Дальше вам помогут горничные.

Делаю то, что требуется.

Волнение внутри нарастает. Неизвестно, какие планы у Джабарова на мой счет. Ну то есть общий мотив очевиден, и он его озвучил прямо. Но похоже, пока это откладывается. Тогда что меня ждет?

Невольно смотрю по сторонам, отмечая детали интерьера. Дом выглядит роскошно. Много антикварной мебели, старинные предметы эффектно сочетаются с более современными.

Стиль интересный. Наверное, при других обстоятельствах мне бы здесь даже понравилось. Я бы прошла, изучила детали ближе. Однако сейчас фиксирую обстановку скорее на автомате. Когда новое место становится знакомым, ты невольно получаешь чувство опоры. Привычное воспринимается проще.

Человек Джабарова ведет меня на второй этаж. После по коридору, пока не останавливается возле одной из дверей. Туда же подходят две женщины с другой стороны.

— Дальше вам помогут, — следует пояснение на прощание.

На мне свадебный наряд. Все люди вокруг в курсе о моем позоре. Нет ничего более унизительного.

Стараюсь об этом не думать. Если ничего не могу поменять, то остается только принять.

— Добрый вечер, — приветствует меня одна из женщин.

Похоже, это горничные, о которых упоминал помощник.

— Возможно, вы хотите чего-нибудь?

— Простите?

— Если у вас есть какие-нибудь пожелания насчет еды или напитков, — поясняет.

— Или вам нужны какие-нибудь вещи, — добавляет другая.

— Нет, спасибо.

Единственное, что мне нужно, — вернуться обратно в свою прежнюю спокойную жизнь, но этого не будет.

— Проходите, пожалуйста, — приглашают зайти в комнату, перед которой мы стоим.

Едва переступив порог, понимаю — это его спальне.

Не знаю, откуда приходит такая мысль. Может все дело в большой кровати, которая стоит в самом центре? Темная, резная, даже на расстоянии заметно, что выполнена из дерева высокого качества. Мой отец занимается мебелью, поэтому знаю, что подобное сейчас скорее редкость и роскошь.

Вообще, это может быть и обычные комната. Для гостей, например.

Нет, не может. Достаточно шага внутрь, чтобы на меня в полной мере обрушилась тяжелая энергетика хозяина дома.

Тут много предметов искусства. Все в темных тонах. Редкие вкрапления светлого будто всполохи среди черноты ночи.

Высокие окна в пол добавляют пространству хоть немного воздуха. А еще хорошо работают массивные зеркала на стенах. Их здесь несколько.

У Джабарова хороший дизайнер. Неудивительно. Этот человек может позволить себе все.

Поворачиваюсь и вижу, что горничные кладут на небольшой столик… одежду?

Вопросительно смотрю на них.

— Нам поручено помочь вам.

Ну нет. Это мне не нужно.

— Спасибо. Я справлюсь сама, — отвечаю осторожно.

Женщины переглядываются. Повисает долгая пауза.