Отличительной чертой капитана Уитмера было спокойствие. Он говорил медленно, подбирая каждое слово, расспрашивал о Курсах подготовки офицеров, моей семье, моем происхождении. Его кабинет казался звуконепроницаемым, и суета в коридоре отступила. Отвечая на его вопросы, я полагал, что говорю громко и невнятно. Но это не было допросом — Уитмер мог легко и непринужденно посмеяться и вскоре расположил меня к себе.

Когда мы перешли к делу, он, казалось, точно знал, что у меня на уме. У каждой из трех пехотных рот батальона есть свои основные средства доставки к цели и эвакуации обратно: вертолеты; плавающие бронетранспортеры, называемые «Амтраками», и резиновые лодки «Зодиак». В КПО мы узнали, что большинство морских пехотинцев добираются до берега на вертолетах, и сошлись во мнении, что если мы будем дислоцироваться в относительно теплой Атлантике, то лодки будут непрактичны, но интересны. В холодном Тихом океане лодки являлись бы убожеством. Теперь же Уитмер сказал:

— Надеюсь, вы не против померзнуть — рота «Браво» действует на лодках.

Затем он сообщил мне, что я буду командовать взводом оружия роты «Браво». В каждой пехотной роте есть четыре взвода — три пехотных и один взвод оружия. Командовать пехотным взводом — сорока пехотинцами с винтовками M-16 — это типовая первая работа для новоиспеченного лейтенанта. Но взвод оружия — это совсем другое. Его сорок пять пехотинцев разделены на отделения пулеметов, гранатометов и минометов — основной огневой мощи роты. Поскольку управлять взводом оружия сложно, его командиром обычно становится старший лейтенант, который уже успел покомандовать пехотным взводом. Капитан Уитмер спросил, не страшно ли мне принимать взвод оружия в первый день службы на флоте.

— Нет, сэр. Абсолютно.

На самом деле, абсолютно да!

Уитмер кивнул с улыбкой, которая говорила о том, что он понимает мою оговорку, но ожидает, что я разберусь сам.

— Идите и обустраивайтесь. До полудня рота будет на полигоне.

Встав, чтобы пожать мне руку, Уитмер добавил:

— Как вы скоро увидите, я все делаю немного по-другому.

*****

Четыре взвода роты «Браво» делили общее помещение, расположенное в коридоре рядом с кабинетом капитана Уитмера. Вдоль стен стояли шкафчики, заполненные пособиями по тактике и спортивной одеждой, а пустые пространства между ними были завешаны плакатами морской пехоты. Запах напомнил мне кабинет школьного футбольного тренера — прогорклый пот, несвежий кофе и дезинфицирующее средство. Восемь столов — по одному для четырех взводных командиров и их сержантов — были сдвинуты вместе, создавая островок в центре. Я принес свое снаряжение со склада снабжения и сложил его в пустой шкафчик, затем взял с полки возле двери наставление по взводу оружия и сел читать.

В КПО в основном готовились командиры пехотных взводов. Взводы оружия, в отличие от пехотных, не воюют как единое подразделение под командованием одного командира. Пулеметное и гранатометное отделения зачастую придаются пехотным взводам, чтобы усилить их огневую мощь. Минометное отделение обеспечивает минометный огонь в интересах всей роты, и обычно управляется командиром роты и командирами пехотных взводов. Поскольку все его морпехи работают в интересах других людей, командир взвода оружия выступает в роли офицера-координатора огневой поддержки роты. Это означает управление артиллерией, авиационными ударами и огнем с кораблей ВМС — сложными задачами, которые я никогда не отрабатывал; задачами, которые могут убить много людей, если я накосячу. Мне предстояло многому научиться, а времени на все это было мало.

*****

Когда после обеда рота «Браво» показалась на плацу, я вышел наружу, чтобы понаблюдать. Я надеялся мельком увидеть свой взвод, но в двух длинных колоннах пыльно-зеленого цвета морские пехотинцы были неразличимы. Из общей массы солдат выделился лейтенант, измазанный камуфляжной краской, и направился ко мне. Он сгорбился под шлемом и бронежилетом, увешанным дымовыми гранатами, сигнальными ракетами, ножом и флягами. С обеих сторон его тела торчали карманы рюкзака, а над головой покачивалась штыревая антенна.

— Вы, должно быть, наш новый «оружейник», — сказал он, проходя мимо меня. И не останавливаясь, добавил: — Я Патрик Инглиш, командир первого взвода. Проходите в кабинет, мне нужно сбросить это снаряжение.

Внутри Патрик с грохотом сбросил рюкзак на пол, и вытряхнул свою разгрузку. Униформа под ней пропитался пóтом.

— Извините. Не хотел показаться грубым. — Он протянул руку. — Добро пожаловать в роту «Браво».

Патрик откупорил бутылку «Гаторейда» и уселся за один из столов. Он был жителем Нью-Йорка, с точеными чертами лица и аккуратно подстриженными волосами. Патрик играл в лакросс в Холи-Кросс и до поступления в Школу кандидатов в офицеры работал на Манхэттене в окружной прокуратуре.

Казалось бы, мы должны говорить о работе, но я даже не знал, какие вопросы задать.

— Так что у нас намечается по плану боевой подготовки? — спросил я, стараясь казаться бесстрастным.