Он бросил взгляд на Ди Джея и увидел, как тот безвольно сползает по стене на бетонный пол туннеля. Услышав крик Хосса, Риггс почувствовал, что совершенно бессилен удержаться на ногах. Он рухнул на одно колено, опустившись на пол напротив Ди Джея. «Хосс», – позвал он, толком не понимая, где находится и слышит ли его кто-нибудь. «Что с газом?»

Ничего подобного в жизни Хоссу переживать не доводилось. Подумать только: почти в десяти милях от выхода, в тупиковом морском туннеле, на его глазах потеряли сознание оба товарища по смене. И в то же время никогда еще он не чувствовал себя так прекрасно. Вокруг него в темноте царила опасность и погибель, но сам он ощущал свободу и невесомость, словно его перенесли в какое-то райское место. Раздражение и фрустрация двухдневной давности, когда его маска присосалась к лицу, сменились ощущением стремительного полета сквозь туман прямиком к эйфории. Где-то на дне этой лиловой пелены в нем просыпалось смутное осознание: нужно бороться.

– Нужно вызвать Тима, – пробормотал он.

Хосс связался с Тимом213 по внутренней связи и потребовал сообщить уровень кислорода в их дыхательной смеси. Тим заверил, что они с Билли сейчас все проверят. Секунду спустя Тим перезвонил: – Черт, тут 8,9! – заорал он.

– 8,9! – повторил Хосс, испугавшись, хотя его убаюкивающая наркотическая пелена еще не рассеялась.

Едва связь оборвалась, Хосс бросился к коллектору в лодке и дернул рычаг. Это отсекло подачу газовой смеси, поступавшей по шлангокабелям в их маски от аппарата MAP Mix 9000 в «Хамви», переключив их на воздух из аварийного баллона высокого давления, захваченного с собой в лодку. Источник воздуха для всей системы, питавшей пятерых водолазов, тоже можно было переключить со смеси на баллоны ВД на крыше «Хамви». Но для этого требовалось покрутить пару вентилей прямо в машине. Хосс же сменил источник только для своей тройки.

Бросив взгляд на сидевших на полу туннеля Ди Джея и Риггса, он заметил, что те начинают приходить в себя. Они все еще были дезориентированы, словно спросонок после неожиданного провала в сон за рулем автомобиля.

Голова у самого Хосса тоже была тяжелой, однако наркотическое опьянение быстро сходило на нет. Он считал большой удачей, что вовремя сообразил дотянуться до этого рычага. В тот самый момент, когда от быстрой и правильной реакции зависели жизни водолазов, у Хосса были все основания полагать, что все они страдают от кислородного голодания, дыша этой смесью с содержанием кислорода 8,9 процента.

Хотя человеческий организм не может функционировать без кислорода, запасать его впрок мы тоже не умеем. Клетки мозга с их высоким уровнем метаболизма постоянно жаждут кислорода и пожирают всё, что до них доберется. Когда в условиях высокого давления в кровь выбрасываются гормоны стресса, потребность в кислороде резко возрастает214. При истощении запасов кислорода нейроны не могут вести себя как потерпевшие кораблекрушение, экономящие остатки воды и тунца. Мозговые клетки продолжают поглощать кислород до полного исчерпания ресурсов. Когда это происходит, синапсы начинают давать сбой. По мере истощения запасов кислорода высшие функции мозга, контролируемые префронтальной зоной, ослабевают, из-за чего становится все труднее адекватно оценивать опасность своих действий. После продолжительного кислородного голодания эти клетки просто погибают. Без кислорода человеческий мозг напоминает зажженную свечу, накрытую стеклянным колпаком. Пламя начинает чадить и мерцать, пока окончательно не угаснет.

Хосс попытался вызвать Тима, но ответа не было. Он решил, что Тим и Билли вышли из «Хамви», чтобы повернуть вентиль переключения на основной резервный запас высокого давления. Заметив влагу на микрофоне переговорного устройства, он подумал, не замкнуло ли систему, из-за чего Тим не мог ему ответить.

Рисковать было нельзя. Хосс решил, что выездной группе пора сворачиваться и возвращаться к «Хамви». Беда была в том, что им приходилось тащить с собой лодку, поскольку в ней лежали их аварийный запас воздуха и коллектор. А Хосс так усердно укладывал все снаряжение, что общий вес лодки приближался к шестистам фунтам – неподъемная ноша для парней, спеящих наверх наперегонки со временем. Одна лишь эта круглая крышка-«салатница» занимала почти треть полезной площади лодки, так что Хосс творчески утрамбовал более мягкое снаряжение вокруг и поверх заглушек. Окинув взглядом забитое суденышко215, Риггс сказал Хоссу: «Если мы сматываемся, это барахло надо выкинуть из лодки».

– Ты прав, – согласился Хосс.

· · ·

Пока Хосс разгружал лодку, Риггс вернулся к прерванному занятию – сматыванию их с Ди Джеем запутанных шлангов, чтобы случайно не споткнуться о них. Он с облегчением отметил, что теперь, когда в голове прояснилось, дело пошло куда быстрее. Он отправил Ди Джея обратно в пятифутовую концевую секцию туннеля подбирать и сматывать шланг за собой. Разобравшись со шлангокабелем Ди Джея, Риггс переключился на свой, в то время как Ди Джей подключился к помощи Хоссу.