Я бросаю взгляд на дверь. Я должна выбраться отсюда. У нас заканчивается время, и я не могу сидеть с этой информацией, дожидаясь возвращения Роуза. Сомневаюсь, что у него где-то спрятан ключ от этой двери, но, может, найдется что-то, чем можно вскрыть замок? Если бы только у меня был тот ключ Коула, который открывает что угодно.

Я открываю ящики его стола, но нахожу лишь обрывки бумаги, исписанные нотными партитурами, и несколько перьевых ручек — ничего, что подошло бы к замку. Я вздыхаю, переключаясь на другую идею. Что, если есть другой выход? Роуз славится своими потайными ходами.

Я принимаюсь обследовать комнату, создавая больше беспорядка, чем это абсолютно необходимо. Я веду себя мелочно: разбрасываю подушки, сдергиваю простыни, швыряю книги на пол, проверив каждую, но так ему и надо. В конце концов, это он меня здесь запер, а с меня хватит того, что мою жизнь определяют чужие ожидания.

После того как я основательно разнесла комнату, я ничего не нашла и плюхнулась обратно на кровать, с которой содрала простыни, раздраженная и вспотевшая. Я отказываюсь позволить отвратительной мягкости матраса себя утешить.

Теперь я в ярости на него. В нем всё богатое, гладкое и безупречное — словно змея.

Лежа, я изучаю изголовье кровати, сверля взглядом его резное красное дерево. Цвет такой темный, что кажется почти черным, а работа по дереву изысканна. Изящные маленькие листочки и, конечно, розы, переплетенные колючими стеблями, покрывают всю поверхность. В центре — обрамленное лицо какого-то демона, чей рот искажен в странной улыбке. Его глаза подозрительно глубокие, и кажется, что они следят за мной, куда бы я ни повернула голову. На самом деле, они слишком глубокие.

Я сажусь в постели и подползаю ближе к этому лицу. Протягиваю дрожащую руку, вставляю палец в глазницы, наполовину ожидая, что меня что-то укусит или утащит мою душу в загробный мир.

Но вместо этого я касаюсь дерева, и оно поддается. Механизм щелкает, и шов в изголовье расходится. У меня сбивается дыхание, когда я надавливаю на лицо, и оно открывает проход в темный туннель.

Туннель передо мной черный, как ночь, и такой узкий, что мой корпус пролезет с трудом.

Я оглядываюсь через плечо на разрушенную комнату Роуза, на Ваффлса, лежащего на спине и крепко спящего перед очагом, а затем снова поворачиваюсь к туннелю, похожему на пасть поджидающего монстра. Я стою перед выбором, который мне совсем не хочется делать. Я могла бы просто остаться в башне и ждать возвращения Роуза. Мой секрет раскрыт — всё Королевство знает, что я мейга. Они верят, что я опасна… и они правы.

Но потом я вспоминаю о двух терниях, оставшихся на руке Роуза. Вспоминаю ощущение кожи, скользящей по моей щеке, и надежду в его голосе — «мы что-нибудь придумаем». Этого достаточно, чтобы заставить меня протиснуться в узкий проем.

Здесь ужасно темно, словно под покрывалом теней. Мне приходится приподниматься на локтях, при этом плечо больно упирается в низкий потолок. Я ползу вперед на предплечьях, волоча ноги по пыльному камню. Чувствую, как мои ступни переваливаются через край изголовья, и я полностью оказываюсь внутри туннеля.

Я только начинаю ориентироваться, как дверца изголовья с грохотом захлопывается за моей спиной.

Я судорожно вдыхаю, заглатывая пыль, и начинаюсь заходиться в кашле.

Нет, нет, нет.

Я пытаюсь вывернуть голову, чтобы увидеть дверцу, но даже если бы у меня было достаточно места, чтобы оглянуться, там слишком темно. Я ничего не вижу. Мои тени бьются о ментальные стены, которые я возвела, чтобы сдерживать их, и завиваются вокруг моих пальцев, пока паника подступает к горлу.

Спокойно.

Оставайся спокойной.

Продвигаясь задом наперед, я пытаюсь ударить ногой по изголовью. Оно не поддается. Пробую еще раз, на этот раз сильнее, но дверца заперта наглухо. У меня нет места, чтобы развернуться.

Я делаю глубокий вдох и кладу голову на каменный пол.

Все в порядке.

Пути назад нет, только вперед.

Я опираюсь на локти, продвигаясь по дюйму за раз. Тьма настолько густая, что у меня широко раскрыты глаза. Все, что у меня есть — это ощущение камней под пальцами, чтобы цепляться и двигаться вперед.

Вскоре я начинаю тяжело дышать. Воздух спертый. Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как этим проходом пользовались?

Проходит еще немного времени, и я проклинаю собственную опрометчивость, которая заставила меня залезть в эту дыру. Не разумнее ли было дождаться Роуза?

Теперь-то это вряд ли поможет.

Рука за рукой, ноги волочатся следом, колени сдираются о камень. Туннель начинает уходить вниз. Я отчаянно надеюсь, что спускаюсь вглубь замка.

В проходах появляются развилки, и я наугад выбираю, какая из них приведет меня к выходу, стараясь держать маршрут в голове. Налево. Налево. Направо. Налево. Прямо. Направо. Налево.

Но спустя час, так и не найдя выхода, я начинаю сомневаться в своей затее. Нужно ползти назад… вернуться в башню, дождаться Роуза и колотить в изголовье, пока он меня не услышит.

Но когда я пытаюсь пробираться обратно, мне попадаются повороты, которых я не помню. Я так тщательно пыталась запомнить путь, но теперь все это не имеет смысла.