— Это твоя невестка. Обними ее.

— Может, она не хочет, чтобы ее обнимали, — возражает Остин.

— Чушь какая, теперь она наша семья.

— О, это необяза...

Прежде чем успеваю договорить, Остин сгребает меня в охапку. Не так крепко, как его жена, но очень искренне, и единственное, о чем я могу думать: наверняка потом спросит у Истона, почему я стояла как вкопанная.

— Добро пожаловать в семью, — говорит он, отступая обратно к жене. — Мы очень рады, что ты теперь с нами.

Остин настолько открытый и искренний, что у меня на глаза наворачиваются слезы. Я быстро моргаю, отказываясь устраивать сцену из-за того, что эти двое незнакомцев заставили меня почувствовать себя более желанной, чем моя собственная мать на прошлой неделе.

— Спасибо, — произношу я, не зная, что еще могу им дать.

— А для меня обнимашек не будет? — встревает Истон, разрушая трогательный момент.

— Если ты еще не поняла, Хедли, мой сын просто жаждет внимания, — Холли касается моей руки, проходя мимо меня к нему.

Они обнимаются, и он на секунду закрывает глаза, прижимаясь щекой к ее голове.

— Могли бы и позвонить.

Мне абсолютно ясно: хоть Истон и в шоке от их внезапного появления, он искренне рад их видеть и очень по ним скучал.

Она отстраняется, беря его лицо в обе ладони.

— И испортить сюрприз? Ни за что.

— Харпер родила, и мы взяли билеты на ближайший рейс, — говорит его отец, подходя, чтобы обнять Истона. — Поздравляю, дядя.

— И никто мне не позвонил? — Истон звучит уязвленно.

Я бросаю взгляд на Деккера, тихо сидящего за столиком. А где Пенелопа и Хейзел? Мне бы сейчас очень не помешала группа поддержки.

— Потому что мы хотели сделать тебе сюрприз, но у нас есть куча фоток, — его мама снова поворачивается к Таннеру, затем смотрит на меня. — Можно я его достану?

Я едва не выпаливаю: «Это не мне решать, спросите сына».

— Это же твой внук. Я вообще удивлен, что ты еще этого не сделала, — отвечает за меня Истон. — Как там Харпер и малыш?

— С ней все хорошо. Начались роды, и все произошло так быстро, что Финну пришлось принимать ребенка прямо на полу в кухне, но все обошлось, — его отец выдает эти новости так буднично, словно это обычное дело.

— Господи, — Истон запускает пятерню в волосы.

Остин смотрит на меня.

— Финн – пожарный и парамедик. У него есть подготовка.

Я киваю.

— Слава богу.

— А еще он ее муж, — добавляет Холли. Она вынимает Таннера из коляски, и он даже не хнычет, прижимаясь к ней так, будто понимает, что это его родная бабушка. — Какой же он сладкий. Глаза у него твои, — она прижимает его к себе, слегка покачиваясь, ее глаза закрываются точно так же, как недавно у Истона. — Я твоя бабуля, — шепчет она, и у меня снова щемит в груди, а к горлу подступает ком.

Остин подходит к жене, обнимает ее за плечи и кладет руку Таннеру на спинку. Они оба смотрят на него так, словно он для них – целый мир.

Ножка стула с визгом скрежещет по полу, и мы все поворачиваемся к Деккеру.

— Мне пора наверх. Уверен, мы еще пересечемся.

— Спасибо, что подыграл нам, Дек! — говорит Холли. — Передай Пенелопе и Хейзел, что мы с нетерпением ждем встречи с ними.

— Обязательно, — Деккер бросает на Истона многозначительный взгляд и уходит.

Мне так и хочется попросить его захватить мне бумажный пакет, чтобы было во что дышать, пока у меня не началась гипервентиляция.

Я абсолютно не готова к встрече с родителями. С родителями, которые уверены, что я замужем за их сыном по-настоящему, а не понарошку. Но, как выяснилось, в фиктивных браках я тоже полная неудачница, раз уж всего полчаса назад чуть не поцеловала его на коврике в своем книжном. Если бы нас не прервали, я бы точно это сделала.

— Давайте присядем. Я принесу нам что-нибудь выпить. Кому чего? — спрашивает Остин, направляясь к барной стойке.

— Я схожу с тобой, — отзывается Истон.

Мои глаза округляются, и я едва заметно мотаю головой.

Он подходит ко мне, и я уже думаю, что он сейчас скажет: «Не бери в голову, я останусь», но вместо этого целует меня в щеку.

— Я мигом.

У меня вырывается какой-то сдавленный писк.

— О, у них тут есть детский стульчик, — замечает Холли, но не может до него дотянуться, держа Таннера на руках.

— Я принесу, — я подтаскиваю его и ставлю у стола.

— Знаешь, я не хочу лезть не в свое дело. Я здесь всего пять минут, так что могу отдать его тебе, и ты будешь делать все, что обычно делаешь, — она делает движение, словно собирается передать его мне.

— Нет. Все нормально, —потому что это не мой ребенок – и да, пусть он и мой пасынок по фиктивному браку, но это ничего не значит. Меньше чем через год я, скорее всего, навсегда исчезну из его жизни, и у вас будет полный карт-бланш, пока Истон не встретит любовь всей своей жизни.

И вот оно, в животе снова завязывается тошнотворный узел.