— Похоже, наши подопытные крысы сбежали, — мурлычет Женевьева и щелкает длинными ногтями, как какая-нибудь тупая злодейка из мультфильма. Должна признать, в этом образе она уже не кажется мне такой уж пугающей.

Я вздрагиваю в объятиях Валена, и он еще крепче прижимает меня к себе. Я-то думала, что нам удалось вырваться, вот только теперь мы уперлись в непреодолимое препятствие в лице этой вампирской суки. Она просто так не отступит.

— С дороги, — глухо произносит Вален.

Я восхищаюсь его смелостью, но когда за спиной Женевьевы появляются новые вампиры, ко мне приходит понимание, что мы в полной заднице. Валену пришлось потратить много сил, чтобы расправиться с первой шайкой, а он и без того уже был ослаблен, несмотря на выпитую кровь. И мы не в том месте, где я могла бы предложить ему еще. Да и вряд ли у меня самой хватит на это сил.

В полусонном состоянии я напряженно размышляю, пытаясь придумать хоть какой-то выход из этой ситуации. Но все, что приходит мне в голову, заканчивается либо нашей гибелью, либо тем, что мы снова оказываемся заперты в подвале… и затем все равно умираем.

А я очень не хочу умирать.

— Вы должны понимать, что ваша жалкая попытка побега провалилась. — Женевьева медленно приближается к нам, а Вален, в свою очередь, делает шаг назад.

Настоящая шахматная партия. Какой ход мы сделаем следующим?

Ее приспешники следуют за ней, и она указывает на меня пальцем с алым ногтем.

— Хватайте девчонку!

— Только через мой труп, — оскалившись, рычит Вален, и я в страхе вцепляюсь ему в шею, глядя на приближающихся вампиров.

Отчаянная жажда искажает их лица до неузнаваемости. Они едва держатся на ногах и, кажется, почти не слышат приказов Женевьевы. Для них я — лишь источник свежей крови.

— Как пожелаешь. Жаль, что ты нам еще нужен. — Она снова машет рукой в мою сторону, и вампиры бросаются в атаку.

Вален бежит обратно по коридору, откуда мы пришли, и кажется, что с каждым шагом мы все дальше от спасения. Из груди вырывается всхлип от осознания, что мы движемся не вперед, а назад, но я не из тех, кто сдается. Даже если мне все труднее верить в то, что что мы выберемся отсюда живыми.

По крайней мере, если я умру, то буду знать, что боролась до последнего.

Вален резко распахивает случайную дверь и входит в комнату. Тяжело дыша, он опускает меня на пол у стены, позволяя перевести дух, пока сам баррикадирует проход. Судя по всему, мы оказались в каком-то складском помещении, заставленном картотечными шкафами, которые идеально для этого подходят.

— Здесь есть хоть какие-нибудь вентиляционные отверстия или потайные выходы? — Я не могу просто сидеть на месте, поэтому начинаю осматривать помещение в поисках чего-то подобного.

— Потайная дверь? — фыркает он, закатывая глаза. — Сомневаюсь.

Вален оглядывается по сторонам в то время, как дверь уже начинает скрипеть под натиском вампиров, рвущихся внутрь. Он поднимает голову и указывает на что-то вверху.

— Зато есть вентиляция.

Я хмуро смотрю на него, а затем перевожу взгляд на его массивные плечи.

— Оно слишком маленькое. Ты пролезешь?

Он шумно сглатывает.

— Скорее всего, нет.

— Я тебя здесь не оставлю. — Возможно, мои слова звучат как слишком благородное заявление перед лицом неминуемой смерти, но я просто не смогу жить с мыслью, что оставила его здесь. Стук становится громче, и я понимаю, что с такой оравой вампиров по ту сторону двери их вторжение — лишь вопрос времени. Словно в ответ на мои мысли, в двери появляется первая щель. — Ты можешь туда забраться? Мы обязаны хотя бы попытаться.

Вален поджимает губы и кивает.

— Попробуем.

Он довольно высокий, так что ему достаточно встать на стул, чтобы оторвать вентиляционную решетку от потолка.

— Иди сюда. — Он легко поднимает меня и подталкивает к проему. — Залезай, Селин. Если у меня не получится, обещай, что будешь двигаться дальше.

Я смотрю на него сверху, и мне становится не по себе от мысли, что придется его бросить.

— Я приведу помощь. Моя пара…

Он качает головой.

— Залезай.

Пронзительный крик — должно быть, его издала Женевьева — заставляет меня в рекордно короткие сроки проползти на четвереньках через вентиляцию. Я тихо напеваю, стараясь дышать ровно. Блять, как же ненавижу тесные пространства. Но если это поможет мне выбраться, я буду ползти и дальше.

Вентиляционное отверстие дребезжит, когда ко мне присоединяется Вален.

— Блять, — стонет он, протискиваясь следом. — Не могу поверить, что говорю это, но слава богу, что меня морили голодом, иначе я бы ни за что не пролез.

Мы ползком пробираемся по туннелю, и меня охватывает ужасная мысль: «А вдруг я сейчас пукну?». Бедный Вален.

Позади нас раздается еще один крик, и я не знаю, сколько мы уже проползли, однако все равно ускоряюсь.

Выбраться. Мне нужно выбраться.