У нее перехватило дыхание, и она увидела звезды. Сэйдж скользнул руками по ее телу, к штанам, и толкнул их вниз по ногам, проводя языком по опухшему соску. Циррус застонала. Каждое прикосновение было шелковой лаской на ее горячей коже. Он оторвался от ее соска и заставил ее лечь на подушки на кровати. Штаны слетели вместе с трусиками.

Сэйдж сидел рядом с ней, его взгляд был темным, пронзительным и притягательным. У нее перехватило дыхание. Циррус лежала совершенно голая, распростертая, не обращая внимания на то, как выглядит. Желание и возбуждение заглушили в ней всякую настороженность, только мысли о нем заполняли ее, пока боль в утробе не прекратилась.

Циррус дышала неглубокими глотками воздуха, борясь, чтобы очистить дым похоти, захлестнувшей ее разум. Маленькое пламя целовало каждое место, где его взгляд касался ее тела.

— Такая красивая. Я буду есть тебя, пока весь твой мед не начнет капать на мой язык. Тогда я заставлю тебя кончить — и ты кончишь мне в рот, — обещал он хриплым голосом.

Циррус сжала одеяло в кулаках, когда Сэйдж поцеловал ее ногу. Резкие стоны сорвались с ее губ, когда возбуждение взлетело до небес. Сэйдж лизал, целовал и покусывал ее ступню, колено, бедро, пока не остановился на волосок от ее киски. Циррус застонала. Каждая его ласка ощущалась как теплое прикосновение к ее коже.

Возбуждение сжало его черты в жесткие линии и строгие углы. Боже мой, мужчина был еще сексуальнее с этим диким, почти потерявшим контроль, взглядом.

Сэйдж раздвинул ее ноги, освобождая место для своих больших, громоздких плеч, и обнял ее бедра. Его горячее дыхание поглаживало ее горячие складки. Циррус чуть не слетела с кровати, когда он уткнулся носом в ее киску.

— Моя, — прорычал он ей в губы.

Вибрации было достаточно, чтобы осколки удовольствия поднялись по ее позвоночнику.

— О боже, — простонала она и прижимаясь бедрами к его губам.

Сэйдж медленно лизал вокруг ее входа и клитор, каждое движение усиливало горящий огонь в ее крови. Он слизал ее сливки, как будто это был самый вкусный десерт в мире. Циррус сосредоточилась на его темной голове, пока он доставлял удовольствие между ее бедер.

Стоны и всхлипывания рвались из ее горла. Задыхаясь, Циррус откинула голову назад, когда внутри нее нарастало напряжение. Циррус извивалась и стонала. Сэйдж скользнул языком в ее скользкий канал и стал скользить быстрыми, безжалостными ударами.

— Сэйдж… Да, да, да!

Циррус вцепилась в одеяло, пока ткань не смялась под белыми костяшками пальцев.

Потребность свернулась в тугой клубок внутри нее. Сэйдж зарычал. Она знала, что в любой момент может упасть с обрыва. Он с силой пососал ее набухший клитор, и Циррус закричала. Удовольствие захлестнуло ее приливной волной дрожи. Она задохнулась, пытаясь отдышаться, когда Сэйдж скользнул своим горячим телом вверх по ее, остановившись, когда головка его члена поцеловала ее набухшую плоть.

— Я нуждаюсь в тебе.

Циррус запустила руки в его волосы и притянула к себе для поцелуя. Они целовались, почти пожирая друг друга глубиной своей похоти. Она обвила ногами его мускулистую задницу и заскулила. Твердая длина его члена лежала между ее ног, скользя по ее влажным губам. Циррус хотела, чтобы его твердый член был внутри.

Сэйдж потянул бедра назад и полностью вошел в нее. Ее киска затрепетала, хватаясь за его движущийся член, и она застонала от восхитительного трения.

— Боже мой.

— Ты такая тугая. Господи, как хорошо, но подожди секунду, — сказал он сквозь стиснутые зубы.

Что-то дикое и неукротимое овладело ею. Циррус впилась ногтями в его плечи и качнула бедрами. Она поцеловала его в шею, прикусив зубами пульс, и укусила за плечо. Он был таким вкусным. Циррус потянула его дальше в свою киску, соединив ноги вместе за его спиной.

Она продолжала кусать, и Сэйдж застонал.

— Я… я не могу удержаться…

— Тогда не надо. Просто... трахни меня... уже.

Сэйдж врезался в нее неоднократно. Циррус хныкала при каждом ударе его члена в нее. Снова и снова он толкался и отступал. Она задыхалась и держалась за него. Он стонал, и она стонала от каждого шлепка по коже.

— Да. Просто так. Жестко, быстро. Я люблю это.

Удовольствие пронзило ее и ее кровь в огненном порыве.

Его движения стали более дикими, удары резче, быстрее. С каждым скольжением его члена в нее она видела звезды.

— Черт, — голос его звучал напряженно.

Сэйдж просунул руку между их скользкими телами и потер пальцем ее клитор.

Волна сильного наслаждения сотрясла ее, и воздух застыл в легких. Циррус выдохнула его имя, когда ее тело задрожало под ним, ее киска сжала его член. Сэйдж замедлил толчки и напрягся над ней.

Сэйдж опустил голову ей на плечо, зарычал и лизнул ее пульс. Его член дернулся внутри нее, распространяя тепло и наполняя ее лоно своим семенем.