Как только конец шланга достиг оконного стекла, одна из заноз в заднице вернулась на свое место на подоконнике. Вместо приземления пушистое тело служило буфером, зажатым между шлангом и окном. Она взвизгнула и улетела. Туфля приземлилась на выступ, каблук свисал.

Циррус подпрыгнула и вскинула руку.

— Да!

Циррус побежала внутрь и поднялась по лестнице. Забежав за угол, она врезалась в стену мускулов и отскочила назад. Сильная рука удержала ее от удара о пол — рука, прикрепленная к великолепному телу.

— Ну, — сказал Сэйдж, — доброе утро, моя прекрасная леди. Что тебя так взволновало? Я хотел бы, чтоб ты снова столкнулась со мной. Мне понравилось.

Это было так неубедительно, что Циррус не могла удержаться от слов.

— Ты что, серьезно?

Сэйдж притянул ее ближе и поцеловал. Он спросил разрешения, когда впервые поцеловал ее. Хорошо, что согласие покрывало каждое прикосновение и ласку от него.

Электричество покалывало до пальцев ног. Сэйдж обхватил ее лицо, погладил ее по щеке и крепко прижался к ее губам, пожирая ее своей силой. Когда их губы встретились, их охватила такая страсть, что кислород исчез из легких.

Сэйдж погладил ее челюсть и притянул Циррус ближе к себе. Каждое прикосновение его языка усиливало ад в крови. Киска сжалась, и ее штаны пропитались ее потребностью.

Циррус всхлипнула, запустила ногти в его короткие волосы и крепко сжала в кулаки. Возбуждение пронзило ее и убедило раздеть его. Сэйдж осыпал легкими поцелуями ее ухо и вниз по ее шее.

— М-мм, — промычал он. — Даже твои носки пахнут отлично.

Носки? Циррус дернулась назад и нахмурила брови. Сэйдж указал на ее плечо. Она потянулась и схватила свой носок, который повесила там раньше, нахмурившись от его улыбки. Должно быть, он думал, что она идиотка.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Циррус, отодвинув его в сторону. — Разве ты не должен тренировать своих людей или готовиться к массовым убийствам? — Очевидно, Циррус все еще была немного раздражена из-за войны.

Сэйдж не был виновником войны, но он, казалось, не делал ничего, чтобы остановить Хасса. Делает ли это его таким же злым? Циррус не хотела этого. Сэйдж ей действительно нравился.

Она протопала по коридору к спальне.

— О чем ты говоришь? Я не убиваю... — сказал Сэйдж, догоняя ее.

Циррус подняла руку, чтобы остановить ложь, готовую сорваться с его рта.

— Я здесь не для того, чтобы судить тебя. Я ничего не могу сделать с такими людьми, как ты. Я могу заботиться только о себе и тех, кого люблю.

Его брови опустились.

— Что ты имеешь в виду, под люди, как я?

Ее кулаки сжались, и Циррус прикусила губу, чтобы не извергнуть ненависть. Если она разозлит его, он может легко убить ее или сообщить о ней Хассу, который убьет ее на месте. Но ничто не помешает ей спасти свою маленькую девочку. Она зашла так далеко, чтобы подобраться так близко.

— Слушай, у меня есть работа, — сказала Циррус, открывая дверь спальни и поворачиваясь, чтобы закрыть ее, чтобы Сэйдж не последовал за ней.

Его нога скользнула между дверью и косяком. Она подумала, не попытаться ли ее раздавить, но это было ребячеством.

Циррус повернулась, направилась к окну и подняла руки в воздух.

— У меня график, мистер Литсабер. — Какое глупое имя. — Мой босс проверяет мою работу сегодня, так что мне нужно идти.

Она схватила туфлю и шланг, и втащила их внутрь.

— Что ты с ним делаешь? — спросил он.

Да, Циррус чувствовала себя глупо, протягивая шланг через окно, только в одном ботинке, и ее внутренности все еще дрожали от его поцелуя.

— Уходи, — сказала она.

Сэйдж шагнул вперед и потянул за шланг.

— Позволь мне помочь.

Что за хрень? Кто в аду помогает наемному слуге? Солдаты не будут делать такие вещи. Ее глаза сузились на него. Здесь что-то не так. Потом Циррус вспомнила, как он вчера висел в окне кабинета. Только тот, кто пытается не быть пойманным, делает что-то настолько глупое.

— Кто ты? — спросила она.

Его глаза смотрели на нее с удивлением и... чувством вины? Написанных в них.

Сэйдж уронил шланг, и его тело напряглось, выпрямившись, как метла, попавшая по его заднице. Он продолжал смотреть на нее, без слов. Циррус видела, как в его голове крутятся винтики. Что он скрывал?

— Слушай, леди. С уходом босса я подумал, что буду милым. Он действительно не продвигает атмосферу доброты здесь.

— Ты очень хорош для обученного убийцы, — ответила она.

Циррус никогда не встречала хорошего солдата. Все они были мертвы, съедены и выплюнуты военной машиной.

Сэйдж издал драматический вздох.

— Я не такой. Ну, я имею в виду, нет... я не убиваю людей, которые этого не заслужили.

Она не могла сдержать смех, вырвавшийся из ее горла.

— Люди, которые этого не заслужили? Ты чертовски серьезен?

Циррус подошла к нему и ткнула пальцем в его грудь.

— Невинные дети и семьи не заслуживают смерти, потому что какой-то придурок хочет их воды или пищи.