Его праведное негодование в нашу защиту выглядело мило, но он просто понятия не имел, что за человек Делия. Этот дом был ее мечтой, и планы у нее были более чем конкретные. Что, к сожалению, делало ее в глазах рабочих излишне требовательной и невыносимой.

У нее высокие стандарты, это да, но ее запросы лишь иногда выходили за рамки разумного. Мы просто еще не встретили своего мастера.

— В основном им не нравятся призраки. — Я поставила пиво на стойку и вытерла ладонь от конденсата. — Но когда-нибудь вселенная пошлет нам нужного человека.

Я в этом не сомневалась, но помоги нам бог, если Делия и вселенная не сойдутся во мнениях, кто именно этот «нужный человек».

— Да брось, не может в вашем доме быть призраков. — С усмешкой он оперся на кий и снова приложился к бутылке.

Сверхъестественное — штука не для всех, но я ценила в людях широту взглядов.

— Звучишь как Беккет, — фыркнула я, смахивая непослушную прядь, коснувшуюся щеки. — В жизни возможно все.

В мгновение ока его насмешливое лицо превратилось в недовольную гримасу.

— Вы все живете с Беккетом? — Хотя наше общение сегодня началось неловко, с начала игры он был само спокойствие. Но сейчас в его голосе заскрежетал металл. Ему явно не нравилась либо сама идея нашего соседства с Беккетом, либо сам этот человек.

— Попробуй еще раз, — хмыкнула я. — Это Беккет живет с нами.

Его глаза сузились.

— В каком смысле?

— Лив, Делия, Шей и я съехались пять месяцев назад. Мы создали свою «мамскую коммуну» для взаимовыручки. Пообещали быть вместе и растить детей. Беккет... — Сказать, что мы приняли его с распростертыми объятиями, было бы преувеличением, но одно отрицать невозможно. — Беккет решил, что не сможет жить без Лив, даже если ради этого придется терпеть всех остальных. Но в сухом остатке — мы вчетвером лучшие подруги. Мы друг за друга и в огонь, и в воду.

— Расскажи о них, — попросил он, снова склоняясь над столом. Следующим он загнал в лузу оранжевый шар. Четвертый подряд, и этот чертяка уже выцеливал пятый. Теперь у него была прямая траектория на шестерку.

Когда я не сразу начала говорить, он поднял на меня брови.

— Ты ведь сейчас за один подход весь стол очистишь, да? — рассмеялась я, скрестив руки на груди и устраиваясь на стуле.

Он широко улыбнулся, и — вау — у меня перехватило дыхание.

— Твои подруги? — напомнил он, указывая на лузу, в которой только что исчез оранжевый шар.

Точно. Я задолжала ему ответ.

— Пожалуй, я опишу их так: если бы мне приспичило кого-то прирезать, я бы позвонила Делии. Она бы сделала это для меня не раздумывая. Шей сделала бы все возможное, чтобы убедить нас, что это плохая затея, и напомнила бы, что кто-то может пострадать. А Лив в итоге вытаскивала бы нас с Делией под залог, когда мы бы все равно это сделали.

Кортни расхохотался. Этот звук эхом разнесся по открытому пространству и ударил мне прямо в солнечное сплетение. Черт, до чего же красиво он смеялся.

— Делия в вашей компании — огонь. Шей — голос разума и тревоги. Лив — прагматик, который разгребает последствия.

Он вогнал в лузу шестерку и впился в меня своими синими глазами.

— А ты кто?

Я на секунду замялась, прежде чем вселенная подсказала ответ.

— Радость. Тот человек, который показывает им, что жизнь не обязательно должна быть трудной. Я напоминаю им, что она может быть еще и веселой.

— Значит, ты их личное солнце?

— О господи, нет. Это слишком большая ответственность. — Я хмыкнула. — Скорее, светлячок. Знаешь, тот самый сюрприз, который появляется именно тогда, когда вокруг становится слишком темно, чтобы дать тебе повод улыбнуться.

Я вдохнул так резко, что едва не поперхнулся. Никакое описание не подошло бы этой женщине лучше, чем то, что она только что бросила между делом. В ней было нечто такое, от чего пространство вокруг становилось светлее, и мне действительно нравилось, что сейчас она делила это пространство со мной.

— Большинство людей, наверное, не захотели бы, чтобы их называли букашками. — Она просто пожала плечом и усмехнулась. — Но в них есть что-то волшебное, так что я не против.

С этими словами она проскользнула мимо меня и неспешно направилась в гостиную. Возможно, она наконец решила полюбоваться видом, и время для этого было идеальное. Гавань ночью выглядела почти так же красиво, как на закате.

Но я все еще прокручивал в голове ее слова. «Волшебная» — вот лучшее определение для нее. Словно моя собственная добрая фея, решившая почтить меня своим присутствием на одну ночь.

— Собираешь пазлы?

Ее голос вернул меня в реальность, и у меня внутри все екнуло. Черт. Это было моим секретным хобби. Я явно не собирался афишировать нечто подобное, чтобы впечатлить такую женщину. Но когда я уходил утром на игру, то и в мыслях не держал, что буду принимать гостей, поэтому пазл так и остался лежать на кофейном столике.

— Это двигатель старого «Форда»?