— Его здесь нет, — твёрдо перебиваю я. — Джуд, послушай меня. Алексея здесь нет.

Его дыхание сбивается. И на секунду он просто смотрит на меня. Затем его тело начинает трястись сильнее, ломка возвращается, крадя ту хрупкую опору, которая у него была на этот момент.

— Я не могу, — говорит он снова, слабее.

Ага. Я вижу это. И я ничего не могу сделать, чтобы это исправить.

Я стою там, в нескольких футах от него, субоксон всё ещё в руке, абсолютно бесполезный, пока он трясётся и разбивается передо мной. Я чувствую это. Адриана была права. Что-то в нём всё ещё есть, но что бы они ни сделали с ним…

Он похоронен так глубоко, что я не знаю, как, чёрт возьми, мы должны до него добраться.

— Эй, — говорю я тише. — Посмотри на меня.

Его глаза снова поднимаются, он вздрагивает, будто слова стали триггером.

Я тяжело сглатываю, заставляя слёзы уйти вниз. — Ты помнишь прошлое лето? — спрашиваю я.

Его брови хмурятся.

— Мы были на той паршивой сцене в Тусоне… — Тихий, разбитый смех срывается с меня. — Ты сказал, что звук был дерьмовый, и пригрозил ударить парня, который им управлял.

Пауза.

Его глаза сдвигаются, будто он вспоминает.

— Я сказал тебе, что ты сломаешь руку раньше, чем его челюсть, — добавляю я.

Тишина.

Я делаю осторожный шаг вперёд. — Ты смеялся, — говорю я тише. — На самом деле смеялся, когда пьяная задница Ками вместо этого ударила парня. Она разбила костяшки, но сделала это.

Его горло двигается, когда он сглатывает, его челюсть сжимается, будто что-то в нём борется, чтобы выйти на поверхность. — Я помню это, — шепчет он.

— Вот ты где, — бормочу я, почти себе.

Его глаза впиваются в мои, прежде чем он отводит взгляд от меня, по-видимому, слишком истощённый для остатка разговора.

Я стою там ещё мгновение, глядя, как дрожат его плечи. Я ненавижу оставлять его в ломке, но он не примет субоксон. — Я скучал по тебе, чувак.

Он смотрит на меня, неподвижно. И это почти заставляет мою кожу ползти.

— Если ты не хочешь это принимать, это нормально, — говорю я, поднимая бутылку с лекарством. — Я вернусь. Обещаю.

Джуд наконец отворачивается от меня, и я не могу сказать, действительно ли он помнит меня, или у него просто момент ясности перед тем, как он снова погрузится в ад. Вероятно, последнее. Так что я выскальзываю обратно за дверь, надёжно запирая её. Как только я возвращаюсь в гостиную подвала, я вижу, что Нико всё ещё на диване.

— Я говорил тебе не ходить туда, — вздыхает он.

Я провожу рукой по волосам, тяжело выдыхая через нос, бутылка всё ещё в моей руке. — Ага, — бормочу я. — Я знаю. Но я должен был хотя бы снова предложить ему лекарство. Ломка — это отстой.

Нико закатывает глаза. — О, я знаю.

Глава 6

МАЙК ПРЕСКОТТ

Я не осознаю, как долго я там стою, пока Нико наконец не говорит. — Адела искала тебя несколько минут назад. Они ждут наверху, чтобы поговорить с твоей девушкой.

Я смотрю на него. — Адриана не моя девушка, — бормочу я.

Нико фыркает, будто хочет сказать: ты знаешь, что я, блядь, имел в виду. Но у меня нет энергии говорить что-то ещё. Я почти спотыкаюсь на лестнице по пути наверх, потому что мой разум тратит все силы на переработку жизни. К тому времени, как я добираюсь до верха, я уже слышу голоса. И когда мы с Нико входим в комнату, все замолкают.

Рэйф стоит у дивана, одна рука на его спинке. Адела сидит перед ним, прямая спина, сосредоточенные глаза. Киран в кресле в углу, руки свободно лежат.

Нико садится на край камина рядом с Кираном, локти на коленях, наблюдая за комнатой. Эмма и Хизер на диване с Аделой. Эмма сидит слегка наклонившись вперёд, руки сцеплены на коленях. Хизер рядом, одна рука легко лежит на спинке дивана, её внимание сосредоточено на мне.

А Адриана стоит у обеденного стола, в нескольких футах от Рэйфа. Она выглядит крайне некомфортно, учитывая, что большинство людей в комнате её совсем не любят.

Глаза Эммы сразу находят меня, изучая моё лицо.

Моя челюсть сжимается, когда я вхожу в комнату, пытаясь не показывать на лице ужас и страх, ползущие по мне. Блядь, чёрт возьми.

Рэйф смотрит на меня на полсекунды дольше, прежде чем кивает раз. — Майк.

Я просто слегка киваю в ответ.

Я ещё не сажусь. Я стою у камина.

— Киран, — Рэйф смотрит на друга. — Не против присмотреть за ним внизу?

— Конечно, — отвечает Киран, вставая с кряхтеньем и выходя из комнаты.

— Хорошо, сразу к делу. — Рэйф выдыхает, затем смотрит на Адриану. — Расскажи нам, что Морозов сделал с Джудом.

Она колеблется, но начинает рассказывать им всё, что рассказала мне.

Я смотрю в пол, ненавидя это во второй раз. И когда наконец наступает момент тишины… — Я пытался дать ему субоксон, — тихо говорю я.

Все взгляды на мгновение обращаются ко мне.

— Он отказался.

Рэйф медленно кивает, будто ожидал этого.

Адриана тоже не выглядит удивлённой.