Если бы ты только знал, насколько неправильно сформулирован этот вопрос.

– Конечно. Вдруг с тобой что-то случится? Где я возьму нового такого же замечательного фиктивного жениха?

Володя смеётся, а я пытаюсь остановить свой нервный срыв.

Вот как он это делает? Он узнал, что Володя со мной на обеде, и решил всё испортить сейчас?!

Мой упорный труд по пряткам с татуированным ублюдком потерпел новое поражение. Он всё-таки меня нашёл.

Рустам появляется минут через десять.

Я вижу его раньше Володи.

Высокая фигура проходит между столами, и пространство ресторана будто становится меньше.

Девушки, сидящие за соседним столом, перестают есть, смотря на вошедшего.

Конечно, не смотреть на Рустама невозможно.

На нём чёрное поло и брюки. В одной руке телефон, на лице привычное выражение человека, который уверен в своём превосходстве.

Чёрные глаза находят меня сразу.

Хищный взгляд останавливается на губах и опускается ниже.

Кожа вспыхивает под одеждой. Костюм моментально становится тесным. Кажется, от стресса у меня волосы на затылке шевелятся.

Я отворачиваюсь к окну, всем видом показывая, что деревья, интересуют меня гораздо больше, чем тот, кто приходит без приглашения.

– Наконец-то, – Володя поднимается и здоровается с братом. – Садись.

Рустам занимает свободный стул напротив меня.

Естественно.

Он мог сесть рядом с Володей, но выбирает место, откуда будет прекрасно видеть каждую мою реакцию.

– Добрый день, Лика, – произносит Рустам с дружеской улыбкой.

Никаких намёков, никаких лукавых ухмылок. Идеально воспитанный брат, моего жениха.

– Здравствуй, – отвечаю я, не поднимая взгляда от тарелки.

Рустам передаёт Володе телефон, начинает объяснять что-то про документы, цифры. Я не слушаю. По крайней мере, очень стараюсь.

Я чуть поворачиваю голову и вижу его руки.

Длинные пальцы двигаются по экрану, вены проступают на кисти, тёмная татуировка уходит под рукав.

Ожившие воспоминания заставляют сжать колени под столом.

Вот же проклятье.

Я отворачиваюсь, беру бокал и делаю глоток. Затем ещё один. Рустам продолжает что-то объяснять брату, но я замечаю, как он бросает на меня короткие взгляды.

И явно наслаждается тем, как старательно я изображаю равнодушие.

– Лика, ты сможешь? – Володя вырывает меня из мыслей о пальцах его брата.

Я моргаю, возвращаясь в разговор.

– Что? Что сделать?

– Я говорю, что в субботу нужно встретиться с фотографом, ты можешь?

– Конечно, – киваю я, хотя понятия не имею, что обсуждалось последние несколько минут. – Фотографы очень важны. Без них никто не поверит, что свадьба состоялась.

Губы Рустама растягиваются в коварной ухмылке.

Я игнорирую его.

Смотрю на Володю, официантов, куда угодно, только не на Рустама.

Он тоже молчит, и от этого становится ещё больше не по себе.

Я ожидала провокаций, двусмысленных фраз или хотя бы нахальных намёков. Вместо этого он ведёт себя безупречно, будто мы действительно просто родственники.

Наверняка что-то задумал. Это затишье перед бурей.

Телефон у Володи начинает вибрировать. Он смотрит на экран, ругается себе под нос и поднимается из-за стола.

– Это партнёры. Я быстро, – говорит жених и начинает отходить. Нет! Пожалуйста, только не это. Не оставляй меня с ним, кричит внутренний голос.

Я провожаю жениха молящимся взглядом, пытаясь справиться с учащённым пульсом.

Потом, как в замедленной съёмке смотрю на Рустама и понимаю, как изменилось его лицо.

Больше никакой вежливой маски. Чёрные глаза сужаются, он откидывается на спинку стула, будто только и ждал, когда брат оставит нас вдвоём.

Не удивлюсь, что этот звонок партнёра, не просто совпадение.

Каждая мышца в теле напряжена. Я сижу будто к рукам и ногам утяжелители примотали. А внутри орёт сирена бедствия.

Я не знаю, что от него ожидать, не знаю, зачем он пришёл на самом деле, и что ему от меня нужно в конце концов.

Ресторан полон людей. Володя находится в нескольких метрах. Рустам ничего не сможет мне сделать.

Наверное.

– Набегалась? – начинает мужчина, вращая стакан в длинных пальцах.

Я делаю вид, что не понимаю вопроса, и поправляю салфетку возле тарелки. Главное — не смотреть на его руки. Особенно после того, как моя больная фантазия успела напомнить, на что способны эти пальцы.

– Ты о чём? – я хлопаю ресничками.

Рустам усмехается, не сводя с меня глаз. По выражению его лица непонятно, глупым он считает мой вопрос, или меня.

– Голова болит, организаторы, отец внезапно соскучился, – Рустам загибает пальцы, перечисляя все причины, которыми я прикрывалась последнее время. – Я думал, у тебя фантазия более развита принцесса.

Вот же гад наблюдательный! Он не просто заметил моё отсутствие, а ещё и запомнил каждую дурацкую отговорку.