Я проверяю телефон уже пятый раз за вечер. Никаких неизвестных номеров и грязных сообщений. Всё настолько спокойно, что в груди разливается тревога, что не может быть всё так хорошо.

Хочется проверить сигнализацию и спросить охрану, не видели ли они огромного татуированного психа в радиусе километра.

– Ты ничего не пьёшь, – замечает Айлин, садясь рядом со мной на диван. – И уже минут десять смотришь на дверь, кто-то ещё должен прийти?

Я перевожу взгляд на сестру и натягиваю дежурную улыбку.

– Нет, нет. Просто контролирую ситуацию. Прошлый девичник пошёл не совсем по плану.

– После прошлого девичника ты стала странно себя вести, – Айлин прищуривается, разглядывая меня. – А после знакомства с братом Володи смотришь на него так, будто он прячет трупы у тебя под кроватью.

Холодок проходит внутри и оседает на органы, будто в комнате стало резко минус сорок.

Сестра всегда замечает слишком много, особенно то, что я старательно хочу скрыть.

– Под моей кроватью даже для обуви места не хватит, – фыркаю я, смеясь, стараясь поддержать диалог в шуточной форме. – Какие там ещё трупы?

– Со мной твои дурацкие отговорки не работают, Лика, – сестра поднимает брови в ожидании ответов.

Я отворачиваюсь к подругам. Ника и Лера спорят из-за музыки, Катя пытается отрезать кусок торта, а остальные фотографируются возле шаров. Никто нас не слушает.

Можно рассказать Айлин хотя бы часть правды.

Не говорить, что я несколько раз кончила от рук брата будущего мужа, иначе медицинская помощь понадобится нам обеим.

Но рассказать, что совершила глупость, просто не уточнять какую именно. Глупости же разные бывают.

Возможно, Айлин поможет придумать выход, сестра всегда помогала мне с проблемами, может, и в этот раз сработает.

Я сцепляю пальцы на коленях. Ладони становятся влажными, а в животе появляется ледяной шар, давящий и пульсирующий.

Имя Рустама уже вертится на языке, но в этот момент дверь резко распахивается, а музыка становится громче.

На пороге появляется мужчина в полицейской форме.

Тёмные брюки, рубашка, плотно обтягивающая мощный торс, чёрные очки и фуражка, надвинутая на лоб. В одной руке блестят металлические наручники.

Девочки начинают визжать так громко, будто к нам действительно ворвалась полиция.

Глаза у меня сейчас полезут на лоб от удивления. Это что такое вообще?

– Сюрприз для нашей невесты! – кричит Ника, подскакивая с дивана и хлопая в ладоши.

Я смотрю на подруг и понимаю, насколько буквально они восприняли мои слова о том, что сегодня мы никакие не принцессы.

Раз сказка отменяется, значит, вместо принца будет стриптизёр. Очень логично.

Возможно, я сама виновата. Нельзя говорить пьяным женщинам надеть всё самое развратное и устроить вечер без правил, а потом удивляться, что они организовали полицейского с наручниками.

Я медленно поворачиваюсь к Айлин.

– Только не говори, что ты участвовала в этом безобразии.

– Я ничего не организовывала, но теперь мне тоже интересно посмотреть, – сестра поднимает обе ладони, но уголки губ ползут вверх.

Я стою посреди этого кошмара и хлопаю ресничками.

– Он профессиональный стриптизёр! – заверяет Лера, будто эта информация мгновенно что-то меняет. – Расслабься, это традиция!

Я снова смотрю на мужчину. Широкие плечи, мощные руки и рубашка, которая явно долго на нём не продержится.

Ладно, отрываться так отрываться. В конце концов, я сама запретила принцесс, а полицейский хотя бы выглядит так, будто сможет защитить меня от плохих парней и решений.

Хотя судя по мощному телу и наручникам, планы у него совершенно другие.

Мужчина проходит в комнату. Свет скользит по его накаченной фигуре. Лица под очками почти не видно, но волевая челюсть кажется знакомой.

В груди зарождается лёгкая тревога, но я списываю её на последние недели.

Высоких мужчин с широкими плечами в мире достаточно, и далеко не каждый является причиной моих бед.

Стриптизёр останавливается напротив меня. Подруги окружают нас, достают телефоны и начинают снимать. Басы гремят, отдаются в теле, и мужчина протягивает руку.

Я вкладываю пальцы в его ладонь, решив хотя бы сейчас не думать о Рустаме и проблемах.

Крупная кисть сжимает мою руку, он разворачивает меня и подтягивает к себе.

Девочки визжат, а я смеюсь. Вот чего мне не хватало, перестать ждать пощёчину от судьбы и позволить кому-то другому отвечать за происходящее.

Мужчина двигается под музыку, удерживая меня за талию. Его ладонь лежит низко, почти на бедре, а сильное тело оказывается слишком близко.

Подруги хлопают и выкрикивают непристойные советы, пока я поднимаю руки и позволяю ему раскрутить меня.

Стриптизёр перехватывает моё запястье, достаёт наручники и медленно проводит холодным металлом по коже.

По телу проходит приятная дрожь. Кожа начинает гореть.