— Нет, скорее похожи на арабов. — Она на секунду задумалась. — Уверена, это были арабы. Усы, густые кудрявые волосы, коричневые джемперы с V-образным вырезом, из-под которых густо росла растительность на груди.

Де Вирес нахмурился от такого описания и нажал кнопку селектора. — Он был среди них? — спросил он, когда вошел Рахман в джемпере с V-образным вырезом и с безвольно опущенными руками.

— Нет, — уверенно ответила она. — Те были пониже ростом.

Де Вирес проигнорировал яростный взгляд Рахмана, который перевел глаза с Марка на гостью и принялся оценивающе ее разглядывать. С этим человеком всегда было трудно сохранять согласие.

Когда Рахмана выставили за дверь, она прикрыла ладонью свой бокал, мешая ему налить еще. «Что ж, пора брать быка за рога», — решил он. — У меня такое чувство, что мы уже встречались. Такое возможно? — Он налил выпить себе.

— Встречались ли мы? Ну конечно. Позавчера я проходила мимо вашего дома. У входа стояло такси, помните? Вот там вы меня и видели. — Она смахнула пушинку с брюк кончиками пальцев. — Да, в тот день я была одета попроще.

Де Вирес кивнул. Точно, теперь он вспомнил. — Вы тоже живете в Харлеммер Хаут?

И снова эта ослепительная улыбка. Странно, почему он не узнал ее сразу.

— Нет, — она рассмеялась совершенно беззаботно. — Конечно же нет. Я живу в Амстердаме, но ищу новое жилье. И правда, мне бы хотелось поселиться поближе к лесу, природе и всем этим великолепным особнякам.

— Вообще-то Амстердам — прекрасный город.

— Вы просто не видели, где я живу.

Де Вирес все еще сомневался. — Харлеммер Хаут — дорогой район.

— Да, но я недавно получила наследство. Моя мать умерла, и меня больше ничего не держит в Амстердаме. Поверьте, женщине-молукканке в таком районе, как Валлетйес, приходится несладко.

— Валлетйес! Вот как. — Он снова кивнул. — Вчера вы совершили мужественный поступок. Могу я чем-то помочь вам, фрёкен Ландсаат?

Она покачала головой, и в ее поведении промелькнула легкая нерешительность. — Этим летом я окончила учебу по специальности рыночный аналитик, но работу пока не нашла. Впрочем, надеюсь, скоро устроюсь. Других пожеланий у меня нет.

Он сжал губы. Это его вполне устраивало. — Хорошую работу сейчас найти непросто. У вас высокие оценки?

Она снова покачала головой.

«Честный ответ», — подумал он. Это ему понравилось. — Не согласились бы вы помочь мне присмотреть за Деннисом в ближайшее время? — Он включил все свое обаяние. — Это мой племянник. Вчера он сразу пошел к вам, а няня, честно говоря, совсем расклеилась. Она уже уволилась.

Он видел, как в ней борются сомнения.

— Это временно, пока я не найду Деннису постоянную няню. К тому же так вам будет проще подыскать жилье в этих краях. — Он не сводил с нее глаз. — Да и хорошая вакансия за это время может подвернуться. Кто знает?

Марк всегда руководствовался простыми правилами, и лучшим из них было решать проблемы по мере их поступления. Он делал так в школе, делает и сейчас.

И в этот раз тактика сработала. Она заглотнула наживку — да и что еще ей оставалось на таких условиях? Зарплату ей положили как начинающему экономисту, и забота о Деннисе была решена.

Девиз был принят, и они договорились, что она приступит к обязанностям уже сегодня после обеда, чтобы Ингрид успела ввести ее в курс дела перед уходом.

— Господин де Вирес, вас ожидает Маттейс Бергфельд, — раздался голос из селектора.

Де Вирес извиняюще улыбнулся. Девушка спорить не стала, тут же поднялась и попрощалась. Ему показалось, что она слегка покраснела и прикрыла лицо руками, когда мимо нее засеменил Маттейс Бергфельд. Впрочем, он не был уверен. «Не думай, фрёкен Ландсаат, что этот прихвостень Томаса Клейна интересуется симпатичными девчонками. Даже такими, как ты», — подумал он с усмешкой. Бог свидетель, этот Бергфельд предпочел бы его самого любой красотке.

Марк проводил взглядом ее бедра до самой двери. Ушла она очень эффектно.

— Ну! — Он проигнорировал вялую протянутую руку Бергфельда и налил себе еще бокал. — Почему Томас Клейн не явился сам?

Бледный секретарь выглядел как призрак в ярких лучах солнца, пробивавшихся сквозь щели жалюзи со стороны Гранд Отеля Краснапольский.

— Томас Клейн просил передать, что вчера вечером у него состоялся телефонный разговор с представителями «Лоусон и Миннивер», и дело закрыто. Мать Келли де Бур пошла на попятную, так что тут больше делать нечего.

Де Вирес хмыкнул. Неудивительно, что Клейн побоялся прийти сам. — Мы же вчера договорились с Томасом Клейном, что эта старая карга ничего не узнает об ответном ходе Петера де Бура, — произнес он. — Почему же все вышло иначе?

— Она ничего не узнала. От нас — во всяком случае. Миссис Райт общается только с юристами из «Лоусон и Миннивер».

— Что еще? И все-таки, почему Томас Клейн не пришел сам, чем он занят? — спросил он. «Отвечай нормально, прихвостень, иначе я запру тебя в рефрижераторе Рахмана», — подумал он про себя.