— Почему ты смеёшься? Его смех немного стихает, когда он слышит растерянность в моём голосе. Он просто смотрит на меня, словно чего-то ждёт...

Мои глаза расширяются от недоверия, осознание обрушивается на меня, как товарный поезд. Моё сердце бешено колотится, по венам разливается внезапный прилив возбуждения.

Глава 67

“Я?” Я заикаюсь, мой голос едва слышен как шепот. “Нет, ты— что? Ты в своем уме? Тебе нужно проверить голову! Это не смешно, Картер ...” Мой разум лихорадочно соображает, пытаясь собрать воедино это неожиданное откровение.

Я не могла ему понравиться. Я всего лишь Алекс, девушка, которая раньше нажимала на его кнопки, и наоборот. Я не похожа на тех девушек, с которыми он проводит каждую ночь. Это не может быть я. Просто не может.

Но он этого не отрицал. Мои эмоции сменяют друг друга: от замешательства к раздражению и нервозности из-за этого... откровения.

— Для самого умного человека, которого я знаю, ты довольно тугодум, куколка. Мне не нужно проверять голову, я в полном порядке. И ты видишь, что я смеюсь?

Он смотрит мне в глаза, но я откидываюсь на спинку сиденья, крепко хватаясь за него и тяжело дыша, пока перевариваю эту шокирующую новость. Я нравлюсь Ноксу Картеру. Я девушка.

Квотербек «Джайентс», самый сексуальный мужчина на свете, парень, с которым мечтает быть каждая девушка, любит меня. Этот парень сошёл с ума.

“I’m...”

— Девушка? Да... ты девушка. И всё сложно из-за одной вещи...

— Кайл, — выдыхаю я, и он подтверждает это кивком головы. Он откидывается на спинку кресла, смотрит в потолок самолёта, погрузившись в свои мысли.

Между нами воцаряется тишина, нарушаемая лишь слабым звуком его голоса, когда он разговаривает по телефону.

Когда моё дыхание и сердцебиение постепенно приходят в норму, я начинаю задаваться вопросом, не сон ли всё это. Я могу проснуться в любой момент.

Это не может быть я. Я не могу быть той девушкой.

— Это сон? — бормочу я себе под нос. Это не может быть правдой. Должно быть, я всё это выдумал.

Я не уверена, что он меня слышит, но его голос пробивается сквозь гул двигателей самолёта, возвращая моё внимание к нему.

— Но ты ненавидел меня… — перебиваю я его, не давая закончить.

— Я никогда, ни за что и ни при каких обстоятельствах не смогу тебя ненавидеть, Алекс. Никогда. Его суровые слова останавливают меня на месте.

Кажется, что мой мозг и мой рот не связаны между собой, как будто кто-то переключил контакты в моём теле.

— О боже мой… — выдыхаю я, всё ещё не оправившись от его внезапного признания.

— Так что я собираюсь последовать твоему совету прямо сейчас... так что ничего не теряю... ну, кроме своего сердца, но ничего страшного... Алекс, — он поворачивается и смотрит на меня, делая глубокий вдох, прежде чем продолжить, — куколка... могу я... могу я пригласить тебя на свидание?

Он запинается, но слова повисают в воздухе между нами. Его вопрос выдаёт его нервозность, которая проявляется в заикании и дрожащем голосе.

Почему он нервничает? Он должен был привыкнуть к этому. Через мгновение я понимаю, что меня поразили не его действия, а его слова.

Нокс Картер только что пригласил меня на свидание. Я, Алекс Томпсон. На свидание. На свидание!

Я так сильно дрожу, что поднимаю руку и вижу, как она трясётся, словно я выпила слишком много кофеина. Но я просто в шоке и замешательстве.

“Почему я?” Спрашиваю я, снова поднимая на него взгляд.

Он облизывает губы, и на его лице появляется улыбка. Он ёрзает на стуле, опираясь на локоть.

“Как давно ты...”

— Нравилась? Ха! С тех пор, как я впервые тебя увидел... когда ты вошла в класс в синем топе и шортах и села рядом со мной. Я думал, что умер и попал в рай.

Ты была так прекрасна, что я был уверен, что ты ненастоящая. Ты была самой красивой девушкой, которую я когда-либо видел. И я понял, что у меня большие проблемы, когда узнал, что Кайл — твой брат...

— Тогда почему ты был так груб со мной все эти годы? — в моём голосе слышится раздражение. Он обращался со мной как с чем-то отвратительным, прилипшим к его ботинку, заставляя меня чувствовать себя никчёмной.

Он проводит руками по волосам, взъерошивая их, но всё равно выглядит хорошо.

«Когда мы впервые поцеловались, я понял, что пропал. Со временем мои чувства к тебе только усиливались, и я не знал, как справиться с тем, что ты мне тайно нравишься. Поэтому я решил, что попытаюсь убедить себя в том, что ты мне не нравишься, если буду плохо с тобой обращаться.

Это не сработало, потому что я всегда думал, что ты чертовски сексуальна, когда злишься на меня. Потом мне просто нравилось нажимать на твои кнопки, потому что мне нравилось, как ты обращаешь на меня внимание...

Бен был прав. Он был прав во всём. Почему я была так слепа ко всему этому? Я всегда была так плоха в этом, всегда.