Анна…

А тем временем ситуация за ширмой начинает стремительно набирать обороты. Голос мужа становится громче. Он больше не сдерживается, и последние остатки сомнений исчезают. Это действительно Артур. Мой муж.

— То есть, пока ты была замужем, ты не хотела, чтобы сын знал правду? — в его тоне звучит откровенная, неприкрытая злость, — А теперь, когда этот твой иностранец тебя бросил, вдруг передумала?!

Историю «замужества» подруги я знаю досконально. Юлька поехала отдыхать, закрутила бурный роман с неким Оливером. Тот почти сразу сделал ей предложение, она, не раздумывая, согласилась и осталась за границей. Вскоре забеременела. Родила чудесного мальчика.

— Твой фрукт начал выделываться, съехал, а теперь я должен нести ответственность?! С чего вдруг?! — продолжает возмущаться Артур, даже не пытаясь понизить голос, — Ты сама от меня отказалась! Сама решила сказать левому мужику, что мой сын — его! Сама всё испортила, а теперь смеешь что-то требовать?

Я слышу, как Юля презрительно фыркает:

— Да, Оливер узнал, что ребёнок не от него! И сказал об этом сыну. Что я, по-твоему, должна теперь сделать? Просто замять? Нет уж, дорогой. Матвей имеет право знать правду.

— Ты должна не лезть в мою жизнь! — грубо обрывает её Артур, — И разбираться с последствиями своих поступков — сама.

Юля заливается смехом. Тем самым, знакомым до дрожи, звонким смехом.

— Последствия, Артур, — это наш сын. И ты такой же родитель, как и я, между прочим. К тому же, ты ведь понимаешь, что я теперь буду постоянно на виду? Аня — моя лучшая подруга. Кстати, — её голос становится приторно-сладким, — Хочу попросить её стать крестной для моего мальчика. Точнее, для нашего. Мы с Матюшей будем совсем рядом с тобой. Вхожи в ваш дом. Тебе будет гораздо проще общаться с сыном. Разве не здорово?

У меня непроизвольно отвисает челюсть. Я стискиваю зубы так, что сводит скулы, поражаясь этой новой стороне подруги. Женщины, которую, как мне казалось, я знала как облупленную.

— Ты не посмеешь! — шипит Артур, словно загнанная в угол змея.

— Ради сына я пойду на всё, — холодно отвечает Юля, — И если потребуется, даже расскажу Анне, что её дражайший муженёк заделал нового ребёнка ровно в то время, когда должен был вместе с ней оплакивать смерть их общего.

Слова бьют наотмашь, выбивая воздух из легких. Я застываю, не в силах сделать вдох.

Наш с Артуром сын. Марк.

Трагическая случайность, расколовшая мою жизнь на «до» и «после». Черная бездна, из которой мы едва выбрались. Я начинаю лихорадочно прикидывать в уме возраст её ребенка. Цифры сходятся со страшной, беспощадной точностью. Мы похоронили Марка, а примерно через два месяца Юлька приехала ко мне с виноватой улыбкой и по большому секрету сообщила, что беременна.

Фантомная боль от потери сына снова полосует по сердцу, грозя разорвать меня на части. Но я делаю судорожный вдох и загоняю её глубоко внутрь. Замораживаю. Я не доставлю им удовольствия сломать меня. Хочу дослушать диалог этих двух предателей до конца.

— Ты не имеешь права так поступать! — голос Артура дрожит, — Это жестоко!

— Мне плевать, — отрезает Юля, — Сейчас меня волнует только мой сын. Знаешь, если бы ты захотел, мы вообще могли бы попробовать всё сначала.

Повисает тяжелая пауза.

— Ты серьёзно? — ошарашенно переспрашивает муж.

— А почему нет? Теперь ты вполне подходишь на роль отца. Способен его обеспечить и показать хоть какой-то пример.

Мои губы сами собой кривятся в злой усмешке. Узнаю цинизм моей лучшей подруги. Юлька всегда была расчётливой. Забавно, что совсем недавно, вспоминая её прагматизм, я поймала себя на мысли, что это даже правильно — уметь так устраиваться в жизни. Какая злая ирония.

— Я не готов обсуждать это прямо сейчас, — сдаёт назад Артур, — Мне нужно время подумать.

Понимаю — это нужный момент. Идеальный. Подумать я ему не дам.

Плавно, без лишней суеты встаю, выхожу из-за своего столика и огибаю ширму. Скрещиваю руки на груди, возвышаясь над их столиком, и смотрю на них сверху вниз.

— Юля, милая, — мой голос звучит ровно, с обманчиво-мягкой интонацией, режущей слух, — Всё бы ничего, но только ты не одна претендуешь на Артура в качестве отца.

Оба вздрагивают, словно от удара током.

— У него скоро родится ещё один ребёнок, — продолжаю, с наслаждением вбивая каждый слог им в головы, — Ведь твоя любовница беременна. Верно, дорогой?

Юля вскидывает на меня глаза. Я не выгляжу ни удивленной, ни раздавленной, и это явно сбивает её с толку. Затем она медленно поворачивает голову и переводит ошарашенный взгляд на мужчину.

А Артур... Мой дражайший муж просто сидит, вжавшись в диван, и в панике таращится на меня, свою жену, испугавшись, но ещё не осознавая, что его жизнь только что разлетелась на куски.

Глава 3

Анна…