Я помню, что решила вычеркнуть Толю из своей жизни. Но сейчас в его объятиях мне сложно собрать себя по частям, особенно после второй подряд адской смены в магазине. Господи, как работают все эти Гали, Тамары и прочие сильные женщины в подобных магазинах?

- Второй подъезд? — нарушает бешеную пляску моих мыслей муж.

- Угу, — киваю.

- Пятый этаж?

- Ты же и сам всё помнишь, — отзываюсь с раздражением.

- Помню, — Толя ногой толкает незапертую дверь подъезда и, ни разу не остановившись перевести дыхание, поднимает меня на пятый этаж по лестнице.

Мне всегда нравилось, что муж следит за собой. Я искренне считала, что он вошёл в золотую пору, умный, рассудительный, спокойный. У него на всё хватало сил, было желание свернуть горы, при этом он мог устроить разнос на работе и в перерыв сгонять в спортзал или на спарринг.

Я раньше часто наблюдала за его боями. Мне нравилось смотреть, как технично и неторопливо он двигается по матам, как превосходит противника в технике и самообладании.

Один-единственный раз я горько пожалела о том, что мой муж Толя. В тот момент, когда застала его с другой.

Боль ржавым ножом полосует по сердцу.

- Пусти, — я упираюсь ему в грудь и дёргаюсь.

- Тише, — Толя пытается меня удержать, но я снова отталкиваю его и спрыгиваю на пол.

Лезу в сумку за ключами, медлю, надеясь, что он поймёт, что ему не рады, и уйдёт сам.

Но он не уходит.

Я жадно хватаю ртом воздух, виски ломит, пятка пульсирует от боли, вдоль по спине ползёт озноб.

- Давай помогу, — Толя тянется к моей сумке.

- Не трогай, — рычу в ответ.

- Ершишься?

- Нет, — пытаюсь успокоиться. - Просто не рада тебе. Спасибо, что до... вёл. Я тебя больше не задерживаю!

Наконец, достаю ключи и открываю дверь. Жду, что он уйдёт, но он медлит. Затылком чувствую его задумчивый внимательный взгляд. Я ожидаю вспышки гнева, крика, но получаю тяжёлое молчание.

Толкаю дверь, проскальзываю в тёмную прихожку и пытаюсь захлопнуть дверь за собой.

Но кто же мне даст?

- Уйди по-хорошему, — шиплю я.

- Нам надо поговорить, Свет.

- Пришли мне адвоката, — впиваюсь в край двери и не отступаю.

- Ты не можешь вечно бегать от меня, родная. Нам надо поговорить.

Его «родная» рвёт меня на части.

И не только потому, что он больше не имеет никакого морального права меня так называть! Нет, меня разрывает на части и выворачивает мехом внутрь от той тёплой интонации с нотками сожаления и печали, с которой он произносит это слово.

«Родная» — звучит так, словно это слово действительно много для него значит, словно это не пустой звук, не банальность, не пошлость, а самая настоящая нежность.

И мне от этого почти физически плохо.

- Никогда... — договорить не успеваю, потому что с щелчком открывается дверь в квартиру соседей и наружу выглядывает заспанная рожа Виталия.

- Свет, всё хорошо? — он подозрительно смотрит на Толю и ждёт.

Я медленно вздыхаю, собираю себя по кусочкам и отпускаю дверь, позволяя ей раскрыться шире.

- Да, Виталь, всё хорошо. Старый знакомый зашёл узнать, как у меня дела.

- Ааа, — тянет понятливо сосед, не сводя хмурого взгляда с моего мужа. А Толя его вообще не замечает. - Ну если что, ты это, зови.

- Конечно, — устало улыбаюсь и позволяю мужу зайти в квартиру.

Ох, я пожалею об этом решении. Однозначно пожалею!

Глава 28

- Не забудь разуться, — бросаю мужу через плечо. Сама сбрасываю на коврике старые убитые кроссовки Арины и, не оборачиваясь, прохожу в комнату.

Я ужасно хочу есть. Просто умираю от голода, желудок уже натурально прилип к позвоночнику. Но мне совершенно не хочется затягивать неприятное объяснение с мужем.

Быстрее начнём, быстрее закончим. И я расстанусь с ним навсегда!

Падаю в кресло, откидываю голову на подголовник и думаю о кружке с крепким огненным чаем. Может, заварить?

Но сил уже нет. Надо было сразу идти на кухню, а так...

- Ты хорошо здесь всё привела в порядок, — заходит в зал Толя. - Когда я был здесь в последний раз...

- Ты пришёл похвалить меня за ремонт? — я собираю остатки сил и открываю глаза.

Тело ломит, виски просто разрываются, от яркого света слезятся глаза.

- И это тоже, — он садится передо мной на корточки. - Свет, давай мы перестанем друг друга мучить?

Его голос звучит устало и так... так... обречённо.

- Давай, — отзываюсь я, стараясь не расплакаться.

Взгляд тёмных глаз напротив вспыхивает странным огнём недоверия и робкой надежды.

- Ты сейчас серьёзно? — он щурится и тянется к моей ладони.

Но я отдёргиваю её раньше, чем он успеет прикоснуться.

- Предельно. Если бы ты сразу подписал документы на развод, всё уже бы закончилось. Я ни на что не претендую. Никакого раздела имущества или бизнеса. Я прекрасно осознаю, что ни на что не имеют прав. Возможно, только если машина...