Мышцы задрожали от дикого желания наброситься на него, но еще один арест в личном деле мне точно не нужен.

Я поднял руки и отступил.

— Мне не нужны неприятности.

— Если еще хоть раз увижу тебя возле ее каюты, я из тебя душу вышибу, сгу’дал.

Он продолжал бить меня этим словом, и от ярости у меня защипало в глазах.

— Это общий коридор, и я буду ходить здесь тогда, когда мне нужно.

Каэль, не оборачиваясь, толкнул меня в плечо — видимо, заметил, как я подался вперед для выпада.

Затем он так же толкнул Кидана.

— Воин, как твой командир я приказываю тебе отступить и…

Кидан локтем оттолкнул Каэля. Его пальцы впились в мою куртку, рванули на себя, а затем с силой швырнули обратно. Лопатки обожгло от удара о палатиумовую стену, но эта боль была ничем по сравнению с закипевшей в венах яростью.

Я протаранил его плечом в грудь. Кидан пошатнулся и предсказуемо замахнулся, метя в голову. Я уклонился и подсек ему колено. От его рева сбежались ветусианцы всех страт.

Сквозь общий шум пробивался крик Каэля, требовавшего прекратить драку, но мне было плевать. Грудь тяжело вздымалась и опускалась от клокочущего гнева, обиды и душевной боли.

Злость взорвалась, разгоняя горячую кровь по артериям. Я был готов порвать этого воина, обученного идеальному бою. У каждого бойца есть уязвимость.

Но его слабое место я найти не успел.

— Прекратить! — рявкнул прямо над ухом Каэль, и сильные руки обхватили меня сзади. — Угомонитесь, или оба пойдете под арест!

Он оттащил меня в сторону, но недостаточно быстро: кулак Кидана все же врезался мне в висок.

В глазах поплыло.

По щеке потекло что-то теплое.

Каэль потащил меня по кружащемуся коридору и прислонил к стене. Надежная опора за спиной не спасала — ноги подкосились, и я сполз на пол.

Бормотание, крики и приказы отдалились. Остался лишь звон в левом ухе и стреляющая головная боль.

— Держись от нее подальше, Мелек. Всем насрать, если такой отброс, как ты, вдруг загнется за шлюзом, — проорал Кидан. Голос его звучал твердо, но в глазах мелькнуло что-то иное. Тревога? Страх?

Он вытер ладони о штаны и растопырил пальцы, лицо его пошло пятнами, а зрачки бешено бегали. Затем он развернулся и растворился в толпе, оставив меня наедине с нахлынувшим ужасом.

Не знаю почему, но этот страх расцвел внутри, оседая глубоко в желудке, отчего все внутренности скрутило узлом. Сейчас он наверняка пойдет к моей женщине. Я ведь столько раз наблюдал за ними.

Он купит ей кофе, склонится и что-то прошепчет на ухо. А Кэти в восемнадцатый раз отстранится — я считал каждый ее отказ.

Но почему именно сейчас мне стало так жутко?

— Мне нужно ее увидеть, — пробормотал я, чувствуя, как паника сменяет оцепенение.

Надо мной склонился нахмуренный Каэль.

— Эй тенк’ур ланг’эч чпс б’стэд.

— Что?

Он раздраженно выдохнул.

— Ну еще бы. У тебя лингвочип к чертям полетел. Из черепа наполовину торчит, идиот.

Окружившие нас ветусианцы расступались только перед дроидами, которые явились смывать мою кровь с пола. Я провел пальцами по горящему виску — подушечки окрасились липкой жижей. Острый металлический край подтвердил опасения: чипу конец.

— Блядь!

— Поднимай задницу, — рявкнул Каэль, закидывая мою руку себе на плечо. — Уходим отсюда в медотсек, пока патруль протокол не составил. Я шею подставил, чтобы тебя распределили в Гарнизон Земли, а ты мне так отплатить хочешь? Дерьмо… легки на помине.

Он прибавил шагу, волоча меня по коридору, когда ноги отказывались мне служить. Стены вращались. Единственным четким пятном оставался его электронный пропуск, болтавшийся перед глазами. Он приближался, удалялся, приближался, удалялся… и наконец замер.

Я зажал его окровавленными пальцами, размазывая красные пятна по пластику. Резкий толчок, цепочка натянулась, и карточка скользнула ко мне в карман штанов.

— Они все еще за нами?

— В смысле «за нами»? — зашипел Каэль, ослабляя хватку. Он замедлил шаг и добавил: — Им нужен ты, а не я. Я тут опять в роли дурачка, который вытаскивает тебя из дерьма.

Я ухватился за стену и прижался к ней лбом. К горлу подкатила желчь. Секундой позже пришлось пересмотреть свое отношение к завтраку. Проклятия Каэля едва долетали до сознания, пока тягучая желтая рвота повисала в уголках рта.

— Я вызову целителей, — сказал он. — Пусть заберут тебя.

Я выпрямился и вытер рот рукавом куртки.

— Сам дойду. Ты и так помог.

— Уж я-то знаю…

Широко расставив ноги, чтобы удерживать равновесие, я изо всех сил изображал бодрость, на какую только было способно мое тело.

— Прогулка пойдет мне на пользу. Адреналин разгоню.

— Уверен? — Каэль прищурился, изучая и считывая меня. Затем он хмыкнул и скрестил руки на груди. — Я взял семь суток отпуска, надо уладить… личное дело. Сможешь за это время не вляпаться в историю?

— Да, конечно.