— И корову, — кричит Гейб, подбегая к нам, чтобы встретиться с нами. — Я быстро обошел форт, но здесь никого нет.

Я не говорю ему, что мы уже выяснили это.

— Рейдеры? — я спрашиваю. — Кочевники? Зачем кучке семей покидать свое поселение?

— Понятия не имею, — говорит Гейб, и его лицо вытягивается, а губы сжимаются в тонкую линию. — У них было много детей, семьи. Они не могли просто взять и уйти.

— Они не могут быть с рейдерами, — говорит Лиам, и в его голосе слышится нотка напряжения, как будто ему нелегко говорить об этом. — Они бы обчистили все вокруг и перебили кур.

Гейб ворчит.

Я понимаю, что он прав. Рейдеры ничего бы не оставили, особенно консервы.

— Значит, они не пленники. Куда они делись?

Гейб с тяжелым вздохом проводит рукой по волосам, а Скутер прислоняется к его ноге.

— Черт меня побери, если я знаю. Может, у них закончилась вода и им пришлось уйти?

— Тогда почему бы не забрать кур и еду?

Он качает головой, без слов давая мне понять, что у него нет ответов. Я тоже не знаю.

Я показываю на пса у его ног, который виляет хвостом и совершенно бесполезен.

— Он хорошо выслеживает людей?

Гейб странно смотрит на меня.

— Не знаю, заметила ли ты, но Скутер во многих вещах не силен. У него мозги набекрень. Когда я его нашел, у него на голове был огромный след от ботинка. Не думаю, что с тех пор он был в порядке. — Он трогает уши пса, словно пытаясь успокоить его.

Скутер просто смотрит на Гейба, виляя хвостом и высунув язык, как будто они весело гуляют, а не ищут ответы.

Боже. Так что он бесполезен, как и все мы.

Я выхожу из склада, который когда-то был чьим-то домом, и бегу трусцой по переулку, высматривая признаки того, что Бенни был здесь. Я добегаю до конца коридора и, хотя знаю, что никого не увижу, открываю все двери, какие только могу, в надежде найти записку или признаки борьбы.

Хоть что-нибудь, черт возьми.

Что-нибудь.

Но там ничего нет. Если бы Гейб не сказал, что здесь есть поселение, если бы здесь не было коров, кур, консервов и заброшенных кроватей…

Я опускаюсь на колени, приседая на корточки. Я даже не могу плакать. У меня просто… пустота внутри. Я не знаю, что и думать.

Чья-то рука касается моих волос, а затем Лиам присаживается на корточки рядом со мной.

— Андреа, — бормочет он, кладя руку мне на плечо. — Они были здесь. Они ушли. Не расстраивайся из-за этого. Мы просто пойдем по их следам.

Я потираю лоб, а затем поднимаюсь на ноги, убирая пистолет.

— Я просто так устала. Как может один парень так быстро продвинуться так далеко?

Впрочем, я знаю ответ на этот вопрос. Он ехал на велосипеде впереди нас. Тем временем я ждала в форте, надеясь, что он вернется. А потом я не торопилась идти за ним, потому что по глупости думала, что он пойдет пешком, а мне не терпелось провести время с Лиамом. Я целовалась с ним и обжималась, когда мне следовало идти ночью за Бенни.

И посмотрите, к чему это привело — я влюбляюсь в парня, который не может ответить взаимностью, потому что сойдет с ума, моего брата нигде не найти, а Лиам все равно все еще на грани того, чтобы сойти с ума.

Это просто дерьмовое шоу.

Лиам кладет руки мне на плечи, чувствуя мое отчаяние.

— Мы найдем его, Андреа. Я дал тебе обещание.

Я облизываю губы, киваю, а затем импульсивно бросаюсь в его объятия. Я прячу лицо у него на груди, позволяя ему утешать меня. Мне нравится, что его большие руки обнимают меня, и он гладит меня по волосам, тихо бормоча что-то успокаивающее. В его объятиях я действительно чувствую себя лучше.

А потом я вспоминаю, как тяжело ему приходилось в последнее время, и чувствую себя самой большой задницей в мире. Какая же я эгоистка! Я вырываюсь из его объятий и заставляю себя уйти, как будто выполняю задание.

— Давай еще раз отыщем след, — предлагаю я. — Просто чтобы убедиться.

— Конечно. — Лиам ничего не говорит о моем поспешном отступлении. Может быть, он понимает, что это к лучшему.

Я скрещиваю руки на груди и следую за Лиамом, когда он направляется обратно ко входу на территорию. Он подходит к забору, проходит через ворота, а затем проходит еще несколько шагов.

— Туда, — говорит он, указывая в новом направлении, мимо разрушенных зданий и вниз по дороге, в направлении, противоположном тому, откуда мы пришли.

— На север, — бормочу я. — Тогда ладно.

— Что это за путь? — спрашивает Гейб, подходя ко мне сзади и чуть не заставляя меня выпрыгнуть из собственной кожи.

Лиам молчит. Он смотрит на меня в ожидании.

— Они пошли туда, — отвечаю я с настороженным выражением лица. — Кто бы ни покинул этот форт, они шли группой и направились в том направлении.

— Ты видишь их следы? — Гейб опускается на колени в грязь и изучает ее. — Я ничего не вижу.

— Просто поверь мне.

Гейб поднимается на ноги, и я замечаю, что его пистолет снова в кобуре. Он потирает подбородок, на котором растет щетина.