— Только не с драконом над головой, — говорит Лиам резким тоном. — Мы застрянем здесь, пока она не улетит. Не беспокойся обо мне. Со мной все будет в порядке. — Прежде чем я успеваю ответить, он протягивает руку и хватает меня. — Только одна просьба.

— Какая?

— Не трогай его. — Он кивает на Гейба, который впереди нас спускается по трапу.

У меня на кончике языка вертится вопрос, с какой стати я вообще должна к нему прикасаться. Неужели он думает, что как только появится другой мужчина, я сразу же наброшусь на него? Я немного обижена.

— Я этого не планирую.

— Хорошо, потому что я думаю, что если бы ты это сделала, мне пришлось бы убить его.

Я смеюсь над его странной шуткой, но когда Лиам не улыбается, я понимаю, что это не шутка. Мой смех быстро затихает, и я даю Лиаму еще немного пространства. Я без ума от этого парня, но прямо сейчас я понимаю, что знаю его не так хорошо, как следовало бы. В нем всегда будет что-то совершенно чуждое, как бы он ни старался казаться человеком.

И я потираю руки, которые внезапно замерзли, несмотря на душную жару.

Впереди, в старой металлической бочке, горит огонь, это единственный источник света под землей, и он освещает местность вокруг оранжевым светом. Я смутно вижу трех мужчин, сидящих возле костра, и инстинктивно прижимаю ружье поближе к себе.

— Это я, — окликает Гейб.

— Как раз вовремя, босс, — отвечает один из них, медленно поднимаясь на ноги. Судя по скрипучему голосу, это пожилой мужчина. — Твоя подружка взялась за свои старые штучки.

Гейб только смеется, а его пес бежит впереди, виляя хвостом.

— В ловушках ничего нет, — говорит он им, подходя к костру. — Но я завел пару новых друзей. — Он поворачивается ко мне и Лиаму. — Еще раз, как, вы сказали, вас зовут?

— Я Энди, — говорю я, подходя поближе к огню. Когда я подхожу к свету, я вижу, что все трое мужчин, сидящих там, старые и немощные. Один из них в инвалидном кресле наблюдает за нами, прищурившись, а рядом с ним мужчина с морщинистым смуглым лицом и белоснежной бородой поправляет шезлонг, тяжело опираясь на трость. Напротив них сидит говоривший, у которого длинная жиденькая бородка, он одет в белую майку и шорты и немного похож на Санта-Клауса на каникулах… и который сидит на диете.

Я понимаю, что мне не нужен мой пистолет рядом с этими людьми, и ставлю его на предохранитель, чувствуя стыд. Я оглядываюсь назад и вижу, что Лиам стоит, скрестив руки на груди, все еще прячась в тени, на нем темные очки. Он выглядит немного неприступно, и я вижу, что они бросают на него подозрительные взгляды.

— Это мой парень Лиам, — говорю я, указывая на него. — Вы должны простить его, если он не слишком разговорчив. Последствия сказываются на всех нас, понимаете?

Тот, что с тростью, кивает и снова садится в свое садовое кресло. Как только он это делает, я с удивлением замечаю, как тощая кошка тут же запрыгивает к нему на колени и трется головой о его руку. Еще одна выходит из тени и начинает чистить лапы, и я замечаю вдалеке блеск кошачьих глаз. Еще домашние животные?

— Мы знаем, как это бывает, — говорит Санта, поглаживая бороду. — Я Мейджор. Тот, что с кошками, — Чарли, а это Лестер. — Он указывает на мужчину в инвалидном кресле, а затем на Гейба. — И вы, конечно, с ним знакомы.

— И со Скутером тоже.

Чарли только качает головой, поглаживая кошку у себя на коленях.

— Самая ужасная сторожевая собака на свете. — Но он усмехается.

Я придвигаюсь поближе к огню, притворяясь, что грею руки, хотя под землей душно и ни ветерка. Гейб раскладывает шезлонг и ставит его рядом с креслом Чарли, затем находит еще два и протягивает их мне.

— Присаживайтесь.

Я беру их и предлагаю один Лиаму.

Он качает головой, плотно сжав губы, и у меня создается впечатление, что его взгляд сосредоточен не только на мне. Над головой снова раздается рев дракона, и я внутренне вздрагиваю. Должно быть, ему нелегко приходится. Я пододвигаю стул и сажусь напротив остальных. В тот момент, когда я это делаю, Лиам внезапно оказывается у меня за спиной, его рука гладит мою косу, другая лежит на моем плече. Он как будто заявляет на меня свои права перед остальными, и я замечаю, что они тоже замечают это движение.

Я слегка касаюсь руки Лиама, а затем улыбаюсь мужчинам.

— Так вы, ребята, кочевники?

Это слово не совсем подходит. Все кочевники, которых я когда-либо встречала, были суровыми и неотесанными и продали бы собственную мать за плитку шоколада. Большинство из них — преступники и насильники, и они объединяются с другими преступниками и насильниками, потому что их всех выгоняют из каждого форта, в который они попадают. Вот почему так опасно встречаться с незнакомцами в «После». Путешествуют только те, кого никто не хочет видеть рядом.

Вот почему я так боюсь за Бенни.

— Кочевники? — Чарли рассеянно почесывает за ухом своего кота. — Конечно, мы часто переезжаем с места на место.

Тот, что в инвалидной коляске — Лестер — фыркает.

— Давайте просто скажем, что мы покинули последний форт, когда у нас возникли разногласия, — говорит Мейджор.

Чарли смеется.