«Ты постоянно удивляешь меня, — признается он, протягивая руку, чтобы погладить мою косу. — С тем, как ты жаждешь моих прикосновений. Я самый счастливый мужчина в мире, раз ты видишь меня и смотришь на меня с радостью и голодом, а не как на чудовище».

— Никогда, — отвечаю я ему. — Ты — лучшее, что когда-либо случалось со мной. — Когда он выпрямляется, я кладу руки на его большие золотистые бедра и наклоняюсь вперед. Его член вздымается в воздух так близко от моего лица, что у меня слюнки текут, но я хочу поиграть еще немного. Я позволяю своему дыханию коснуться кончика, отмечая, что он уже покрыт капельками предсемени. — Я рада, что ты мой. Думаю, я бы выцарапала глаза любой женщине, которая взглянула бы на тебя. Ты не можешь разгуливать голым, как Раст. Я слишком ревнива.

Он тихо рычит, довольный моими алчными мыслями. «Потому что ты не хочешь, чтобы они смотрели на меня?»

«Правильно, — говорю я, позволяя своим мыслям говорить, а не произносить слова. Я слегка провожу губами по головке его члена и ощущаю сладкую пряность, почти как у корицы. Удивительно. Я слизываю его вкус со своих губ, радуясь, что могу сделать это прямо сейчас. — Ты мой, а я стерва-собственница. Мне пришлось бы драться с любой, кто решил бы, что она может отнять тебя у меня».

Лиам снова рычит. «Ты говоришь такие агрессивные вещи, потому что знаешь, что это меня заводит? Мужчинам-дракони нравятся свирепые женщины».

«Может быть. Но это правда. — Я обхватываю пальцами его член по всей длине, проверяя его обхват. Боже, какой же он толстый. Мне следовало бы знать это, поскольку он был глубоко внутри меня, но я не перестаю удивляться ему при каждом нашем прикосновении. Что нечто столь совершенное может принадлежать мне, к чему я буду прикасаться и ласкать, что я буду лизать и гладить, брать глубоко в рот и…

«Андреа».

Неистовая потребность в его мыслях заставляет мой пульс учащаться. Я не теряю больше времени, опускаю рот и беру его глубоко в рот. Я провожу языком по всей длине, втягивая его как можно глубже, желая свести его с ума этим новым способом наслаждения. «Думай о моем рте, как о моей киске, — говорю я ему. — Горячая и влажная, я крепко сжимаю тебя».

Его дыхание прерывается, и его рука тянется к моей косе. Он дважды наматывает ее на руку, а затем крепко сжимает, прижимая меня к себе. «Значит… вот так?»

«Делаю это с тобой? О да. Так сильно». — Я люблю его жар, наполняющий мой рот, его вкус, ощущение на своем языке, когда я отстраняюсь, а затем снова беру его глубоко. Мне нравится, что он такой большой, что у меня сводит челюсть, а губы сжимаются, когда я пытаюсь вобрать его в себя, и что я не могу взять в рот даже половину его члена, потому что он такой большой, поэтому я крепче сжимаю его ствол и пытаюсь достать его рукой. погладь его по всему телу. Я хочу пососать его, но он слишком большой. Все, что я могу сделать, это взять его поглубже и провести ртом по всей длине.

Не то чтобы это имело значение для Лиама. Я чувствую, как наслаждение пронизывает его разум, и его бедра двигаются небольшими толчками, проникая глубоко, пока он не упирается мне в горло. Его мысли соприкасаются с моими, как будто он хочет убедиться, что я все еще наслаждаюсь, и тогда он присоединяется к нам еще сильнее, опуская мою голову и с каждым движением вгоняя меня чуть глубже, потому что знает, что это возбуждает нас обоих. Я ласкаю его губами, языком и кулаком, совершенно потерявшись в этом мгновении, его запах обволакивает меня, его вкус остается у меня в горле, и я ощущаю его всепоглощающую силу у себя во рту. Я так увлечена, что не осознаю, что стону рядом с ним, пока это не отзывается эхом в его мыслях, как сильно ему нравятся звуки, которые я издаю, и как сильно в воздухе витает запах моего возбуждения.

Рука Лиама сжимается на моей голове, и я чувствую, как по его телу пробегает дрожь. «Отстраняйся, Андреа. Мне нужно излить в тебя свое семя».

Я прижимаюсь крепче, вбирая его глубже, пока практически не начинаю задыхаться. «Прямо сейчас ты внутри меня».

С яростным рычанием он наполняет мой рот своей эякуляцией, его член двигается у меня во рту, даже когда он кончает. Его семя проходит мимо моих губ и стекает по подбородку, подавляя меня. Его вкус невероятен, но еще больше мне нравится ощущать его разрядку через нашу связь. Я могу сказать, какой сексуальной он меня находит, как сильно он меня любит, и внезапно минет становится моим самым любимым занятием на свете.

«Ты должна была позволить мне кончить тебе во влагалище, — упрекает он меня, откидываясь на спинку дивана, его рука гладит мои волосы, когда я поднимаю голову и провожу ладонью по губам. — Женщины-дракони не позволяют партнеру кончать куда-либо, кроме как глубоко в них».

«Тогда хорошо, что ты спарился с человеком, — говорю я ему, забираясь к нему на колени, — потому что в спальне мы просто извращенцы».

Он замолкает, его рука обвивается вокруг моей талии. «А мы должны были быть в спальне?»

«Это образное выражение. Просто поговорка».