— Я теперь под подозрением?

Он силился выдержать буравящий взгляд Ломберга, пока тот наконец не отвернулся и уже на ходу не бросил:

— Прошу вас и впредь быть в нашем распоряжении.

С этим Ломберг и оставил его. Инка Хенш ещё раз коротко взглянула на Патрика, потом пошла за напарником.

Прежде чем снова сесть в машину, Патрик позвонил Юлии и рассказал ей о провале в «Kais Steakhouse».

Она заклинала его не падать духом и уверяла, что твёрдо верит: скоро всё прояснится, — но Патрик знал её достаточно хорошо, чтобы расслышать лёгкую дрожь в голосе. Случившееся потрясло её не меньше, чем его самого, и она, должно быть, отчаянно цеплялась за собственные слова.

По дороге домой мысли Патрика снова и снова возвращались к женщине, которая своими показаниями всё закрутила и тем самым изрядно перекосила его жизнь, — к Яне Гелен.

Что ею двигало? Почему она делала то, что делала?

В конечном счёте оставались лишь две возможности: либо она по каким-то непостижимым причинам хотела ему навредить, либо сама стала жертвой большой лжи, когда её так называемая подруга рассказала ей все эти истории о нём.

Он ещё раз прокрутил в голове разговор и обнаружил, что, судя по её реакциям, склонен скорее поверить во второе. Но тогда вставал вопрос: зачем Ивонна Фойгт скормила подруге подобную чушь?

Так или иначе, ясно было одно: одна из них солгала, и был только один способ выяснить, которая. Ему нужно поговорить с Яной Гелен — и на этот раз не по телефону, а с глазу на глаз.

Патрик вспомнил, что в онлайн-справочнике рядом с её номером стоял и адрес — совсем как в старых бумажных телефонных книгах. Необычно по нынешним временам, когда так пекутся о защите персональных данных, но в его положении это было кстати.

Он съехал на обочину, взял смартфон, открыл приложение справочника и вбил адрес в навигатор. Уже собрался тронуться, как вдруг сообразил, что сейчас только начало второго и она, скорее всего, на работе.

Он снова потянулся за смартфоном, открыл браузер и ввёл в поиск: «Яна Гелен Веймар».

Но результаты не помогли: кое-где речь и правда шла о какой-то Яне Гелен, только женщины эти были не из Веймара и не из его окрестностей. Нашлось и несколько профилей в фейсбуке под этим именем, но просматривать каждый по отдельности времени не было. Нужно возвращаться к Юлии — она наверняка уже сама не своя. Он бросил телефон на пассажирское сиденье и тронулся в путь.

До дома оставалось минут пять, когда зазвонил телефон: Петер.

Патрик снова съехал на обочину.

— Ты уже видел? — затараторил Петер, едва он взял трубку.

— Видел? О чём ты?

— Ну, что эти жадные до сенсаций кретины из «News, Facts & Backgrounds» выложили у себя на сайте.

— Нет. — Что-то сжалось у Патрика внутри. NF&B — название онлайн-таблоида, не то чтобы славившегося солидностью, но с огромной читательской аудиторией. Чего греха таить, временами и его собственной: по непонятным причинам там нередко сообщали о делах, которые в остальных СМИ публиковали с запозданием и только по крохам.

— Они уверяют, будто им слили материал об одном случае сталкинга. Видео. Запись с телефона — якобы там видно, как сталкер пристаёт к женщине.

— Сталкинг? С чего бы мне этим интересоваться?

— Само видео ещё не выложено, они пока только раздразнили парой фраз и анонсировали полную статью на сегодня, на шесть вечера. Наверное, чтобы накрутить просмотры. Но есть кое-что ещё, что они уже выложили. Фотография с телефона. Того самого, кто якобы приставал к женщине.

Петер сделал паузу. В Патрике поднялось скверное предчувствие. Он зажмурился, убеждая себя, что опасения — вздор и такого попросту быть не может. Прошло несколько секунд, в которые колотящийся пульс ощутимо бил в сонную артерию на шее, пока Петер не сказал севшим голосом:

— Мужчина на этом фото… Патрик, это ты.

— Нет! — вырвалось у Патрика. — Этого не может быть. Это совершенно невозможно. И вообще — сталкинг! Что дальше? Не может быть фотографии того, чего не было.

— Может, есть кто-то чертовски на тебя похожий, — сказал Петер, но прозвучало это не слишком убеждённо. — Я просто подумал, что лучше скажу тебе, пока тебя этим не огорошил кто-нибудь другой. Тот полицейский с напарницей, например.

— Спасибо, — сказал Патрик, пытаясь привести мысли в порядок и осознать, что вообще происходит.

— Через четыре с половиной часа, может, узнаем больше, — проговорил Петер, словно это могло утешить.

— Я вообще уже ничего не понимаю. — Патрику казалось, что голос у него как у маленького мальчика. И в каком-то смысле он себя так и чувствовал.

— Всё прояснится, точно. Ты же сам только что сказал: не может быть фотографии того, чего не было.

— Да, надеюсь. А как ты вообще на это наткнулся?

— На что?

— Ну, на эту статью или анонс на NF&B.