— Ито, Нанао, простите, что заставил вас ждать…

Одновременно с этими словами клинок плавно вошёл в левое подреберье, а затем столь же неторопливо и уверенно «поплыл» вправо.

— Скоро мы снова встретимся.

Однако достигнуть столь желанного конца ни Дзюбею, ни его клинку так и не удалось. Катана вдруг остановилась и выскользнула из раны.

Через пару мгновений меч с лязгом упал на каменный пол. В отполированной поверхности снова отразился человеческий силуэт. Разве что на этот раз вместо чёткой картинки там виднелась одна лишь смазанная рябь.

— Я, правда, смогу это сделать… господин мой Цукуёми-но-микото?.. — прозвучал в моих ушах вибрирующий голос, и в то же самое мгновение всё окружающее пространство треснуло, разом разлетевшись на тысячи бессвязных осколков…

— Кто-нибудь остановите этого больного ублюдка!

— Моров, приди в себя!

— Все назад!!!

Эти и другие голоса хором ворвались в моё сознание, вымывая из разума последние останки чужих воспоминаний. Моё «я» снова стало ощущаться прежним, цельным и неделимым, без всяких посторонних вкраплений. И одновременно с этим картинка перед глазами окончательно прояснилась.

За время моего «отсутствия» многое изменилось. Минус первый этаж больше не кишел враждебными тварями. От них остались лишь воспоминания в виде бесчисленных трупов. Целых и не очень. При этом большая часть убитых монстров по какой-то неизвестной причине валялась совсем неподалёку. Их бурая кровь растекалась ковром прямо у моих ног…

— Эй, ты в порядке? — вывел меня из невольного оцепенения голос Токи.

Только в этот момент я заметил ещё одну странность. Расстояние между мной и моими так называемыми сородичами сильно изменилось. Если раньше нас разделяли считаные метры, то сейчас все они едва ли не вжимались в стены, стараясь оказаться как можно дальше от меня. Исключением была разве что Тока, но и она предпочла оставить между нами где-то с десяток метров.

Однако куда больше меня беспокоила даже не увеличившаяся между нами дистанция, а настороженные взгляды, вкупе с лезвием нагинаты, смотрящими в мою сторону.

— Да, лучше некуда, — чтобы хоть как-то развеять гнетущую атмосферу, почему-то прохрипел я.

— Уверен? У тебя из глаз кровь течёт…

Глава 35

Кровь и, правда, текла. Не знаю, как я сразу этого не заметил. Возможно, просто списал это тёплое ощущение на своих щеках на остаточное «послевкусие» чужих воспоминаний, а может, просто не обратил внимания на фоне всего остального.

Впрочем, каким бы ни был правильный ответ, волновало меня сейчас совершенно другое. А именно: что, черт возьми, происходило с моим телом здесь, в реальности, пока разум всецело был поглощён чужими, но при этом столь яркими воспоминаниями.

Помнится, во время прошлой такой отключки рядом появилась сначала рука одноглазого самурая, а после и он сам. Теперь же всё выглядело несколько иначе. Ничего похожего не было и в помине. Зато имелись те самые кровавые слёзы и куча трупов вокруг.

А ещё с момента погружения в глубины чужой памяти прошло куда больше времени, чем до этого.

По крайней мере, со стороны всё выглядело именно так. Эту гипотезу так же подтверждала и медленно подбирающаяся усталость. Не знаю, чем всё это время занималось моё тело, но без дела оно точно не простаивало.

Осталось лишь понять, что послужило причиной столь странного поведения. Я невольно припомнил застывшую в отражении клинка рябь. Сомнений быть не могло: мне довелось не просто разделить с Дзюбеем ещё одно его воспоминание — я стал свидетелем божественного нисхождения и начала становления его вольным последователем.

Возможно, именно это преображение и стало предтечей всей той неразберихи, что меня сейчас окружает.

Однако, опять же, размышлять об этом совсем не время. Я и так, судя по настороженным взглядам окружающих, наделал немало шуму. Так что молчание — это далеко не лучший выход.

— Всё в порядке, — произнёс я и под многочисленными взглядами сначала убрал катану обратно в ножны, а после обтёр рукавом лицо. И всё это — в полной тишине.

Впрочем, долго сохраняться такая идиллия всё равно не могла. Рано или поздно кто-то должен был подать голос. И таким человеком предсказуемо стал самый неугомонный из нас.

— В порядке? Нет, вы слышали, он, мать его, в порядке! — воскликнул Костас, взмахивая руками. — Ты, тупой ублюдок, ты что тут устроил? Решил похоронить нас заживо?!

Сразу после этих слов я заметил, как взгляды некоторых моих сородичей устремились сначала к несущим колоннам, идущим двумя ровными рядами вдоль помещения, а после обратились к потолку.

Проследив за направлением этих взглядов, я неожиданно для себя обнаружил целую сеть глубоких разрезов, «вгрызшихся» в бетонную толщу.