— Все перекладывают на меня свои проблемы. Натали злится, что я постоянно имею дело с преступниками. Софи может несколько дней со мной не разговаривать, если я не смог пойти с ней в бассейн, потому что какой-нибудь психопат снова вырезал семью. А мне без конца повторяют: не принимайте работу близко к сердцу.

Он горько усмехнулся.

— Я годами просыпался по ночам от кошмаров. Моя семья постепенно отдалилась от меня. Я слишком много пил. А потом какой-то психопат сделал меня центром своего мира. Насколько ещё тяжелее может стать моя работа?

Майснер давно не слышал, чтобы Керн говорил так откровенно. Он не перебивал.

— И вдруг появляется красивая женщина, — продолжил Керн. — И ей просто нравится быть рядом со мной. Не с главным комиссаром. Не с человеком, который обязан всех спасать. Со мной. Как с обычным мужчиной. И да... чёрт возьми, мне это нравится. Я из плоти и крови. Мне приятно, когда от меня не требуют невозможного, а просто принимают таким, какой я есть.

После долгой паузы Майснер спросил:

— Натали что-нибудь знает?

— Пока нет. Но скоро почувствует.

Майснер обошёл макет и щёлкнул выключателем. Аттракционы ожили: карусели медленно закружились, поезд тронулся по рельсам.

— Работает безупречно, — сказал он.

Керн молча кивнул.

— Мы собрали здесь сотни деталей, — продолжил Майснер. — Пользовались специальными инструментами, работали по инструкции. Чтобы создать что-то красивое и надёжное, нужны месяцы. Иногда годы.

Он посмотрел Керну прямо в глаза.

— А разрушить всё можно за несколько секунд.

Повисла тишина.

— Вы с Натали созданы друг для друга.

Керн медленно кивнул.

— Да... Но...

Он не договорил.

Майснер понял всё без слов. Поставив бутылку на стол, он задумчиво провёл рукой по седым волосам.

— Знаешь, как ловят обезьян?

Керн молча кивнул.

— В кокосовом орехе делают узкое отверстие и кладут внутрь что-нибудь сладкое. Потом орех прочно закрепляют. Обезьяна просовывает руку, хватает приманку и пытается вытащить кулак. Но кулак уже слишком велик, чтобы пройти обратно. И вместо того чтобы просто разжать пальцы, она продолжает держаться за добычу, пока не приходят охотники.

Керн невесело улыбнулся.

— Хочешь сказать, обезьяна — это я?

Майснер кивнул.

— Эта женщина кажется тебе откровением. Но надолго ли? Она всего лишь приманка, удерживающая тебя в ловушке. Чтобы выбраться, нужно сделать только одно — разжать кулак. Как бы тяжело это ни было.

Керн вспомнил поцелуй Фукс. Вспомнил её губы. Такой страсти рядом с Натали он не испытывал уже много лет.

— Я знаю, что Натали — моя жизнь, — тихо сказал он. — Только сейчас я этого совсем не чувствую.

Майснер был первым начальником Керна в LKA. Они прошли через многое, и до сих пор он оставался одним из немногих людей, чьим советам Керн доверял — даже тогда, когда не хотел их слышать.

— Когда-то ты сделал всё, чтобы вернуть Натали, — спокойно напомнил он. — И теперь готов отказаться от всего? Не верю.

Он поднял бутылку и допил пиво.

— Если ты сделаешь этот шаг, дороги назад уже не будет. Ни к Натали. Ни к Софи.

Он немного помолчал.

— Я очень хорошо понимаю, через что ты проходишь. Сам не раз думал начать жизнь заново. Но я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить: это действительно твой путь.

Майснер положил руку ему на плечо.

— Какое бы решение ты ни принял, я всё равно останусь на твоей стороне.

Взгляд Керна остановился на двух крошечных фигурках среди ярмарочных аттракционов: отец держал маленького сына за руку.

— Я знаю, — хрипло сказал он. — Правда знаю.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 43

Когда Керн достал из кармана ключ от квартиры, взгляд его упал на табличку с именем, прикреплённую к входной двери. Софи сделала её в школе вскоре после того, как три года назад семья снова съехалась.

На неровной овальной глиняной дощечке, раскрашенной яркими красками, было выведено:

«Семья Керн».

Это мы. Семья. Что бы ни случилось.

Керн не принял своё решение легко. С Натали никогда не было просто — и раньше тоже. Она не из тех, кто легко уступает. Он невольно улыбнулся, вспомнив их первый совместный ужин. Тогда они так и не смогли договориться, в какой ресторан пойти. В итоге сидели на бордюре возле дома родителей Натали, ели заказанную пиццу, а когда начался дождь, укрылись в садовом сарае. Своему чрезвычайно консервативному отцу Натали тогда ещё не решалась представить Юлиуса.

Керн старался открыть дверь как можно тише. Осторожно повернул ключ, приоткрыл её — и сразу понял, что изнутри накинута цепочка.

Натали его ждала.

— Ты вообще ещё смеешь возвращаться домой? — произнесла она через узкую щель.

Чёрт… Откуда она знает? Ева ведь не могла…

— Софи мне всё рассказала, — продолжила Натали, не дожидаясь ответа.