Высоко под потолком, среди балок, Янис внимательно наблюдал за новым номером Руфуса. Он поднялся по стационарным лестницам, чтобы перед собственным выступлением лично проверить, надёжно ли закреплены канаты, на которых ему предстояло работать. Невидимый для зрителей, он следил за тем, как Руфус впервые за долгое время выводит на сцену свою гильотину.

— Самодеятельность, — едва слышно пробормотал он.

— Разве не удивительно — на несколько минут подойти так близко к границе смерти, что почувствовать её холодное дыхание? Потанцевать с ней, протянуть ей руку, возможно, даже назначить ей маленькое свидание? Но будьте осторожны. Ещё не один человек не вернулся из такого путешествия.

Руфус подошёл к самому краю сцены и медленно обвёл взглядом зрительный зал.

Большинство зрителей поспешили отвести глаза.

— Кто из вас достаточно смел, чтобы принять этот вызов перед лицом смерти?

Руфус уже много лет не показывал публике гильотину. Его старомодный текст успел устареть, но по-прежнему идеально вписывался в атмосферу Mes Amis. Даже в те времена, когда он регулярно исполнял этот опасный номер, добровольцев почти никогда не находилось. Однако загадочные интонации, мистические речи и тщательно выстроенное напряжение неизменно помогали ему в конце концов выбрать смельчака. Прежде всего потому, что никто всерьёз не верил, будто действительно рискует жизнью.

Они не могли знать, с кем имеют дело.

— Я!

Неожиданный мужской голос прозвучал из глубины зала.

Руфус невольно замер.

Янис, который со своего наблюдательного пункта под потолком не видел зрительный зал, тоже не ожидал, что кто-то вызовется сам. На мгновение ему даже пришло в голову, что всё заранее подстроено. Но он сразу отбросил эту мысль. Слишком сложно.

— Вижу, среди нас есть отважный господин. Браво, мсье! Прошу вас подняться на сцену!

Под аплодисменты публики, искренне довольной тем, что вызвался кто-то другой, мужчина из последнего ряда поднялся и уверенным шагом направился к сцене. Ни тени сомнения в его походке не чувствовалось.

— И кто же вы, если позволите спросить, столь храбрый господин, готовый лечь под лезвие моей гильотины? — спросил Руфус с подчёркнутым драматизмом.

— Зовите меня просто Тассило, — дружелюбно ответил мужчина.

Руфус насторожился.

Внимательно присмотревшись, он узнал Тассило Михаэлиса.

На долю секунды кровь застыла у него в жилах.

Однако лицо не дрогнуло.

— Тассило… Для меня это большая честь, — сказал он, слегка поклонившись.

Теперь он уже не сомневался: случайностью это появление быть не могло.

Тассило едва заметно улыбнулся. Он понял, что его узнали.

— Ну что скажете? — спокойно произнёс он. — Попробуем устроить маленькое свидание со смертью?

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 39

— Вот, значит, чем всё заканчивается, — сказал Керн с оттенком капитуляции. Они с Евой Фукс сидели в аналитическом кабинете LKA и вновь рассматривали фотографии жертв «Висо̀чника».

— Ты бы хотел поймать его сам?

Керн подошёл к фотографии Хайке Вебер. В каком-то смысле он чувствовал личную ответственность за её смерть.

— Твой убийца скоро будет наказан, — тихо сказал он. — Не всем жертвам выпадает такая участь.

Фукс подошла к нему и тоже посмотрела на снимки.

— Давай ещё раз спокойно всё просмотрим. Может, всё-таки что-нибудь найдём.

Керн обернулся. Их разделял всего один шаг.

— Я больше не могу, — признался он. — Иногда мне кажется, что нужно просто всё бросить.

— Ты отличный полицейский.

Керн невесело усмехнулся.

— Правда? Передо мной фотографии семнадцати убитых женщин. Их убийца расправился с каждой по-своему, и каждая смерть словно кричит мне о своём смысле. А я стою и тупо смотрю на его «работу», ничего не понимая. Я пытался выйти с ним на контакт, но он просто не хочет со мной говорить. Даже его письма не позволяют увидеть его настоящее лицо. Всё, что я знаю, — он ясно даёт понять, почему делает это. А я вместо того, чтобы понять его, разыскиваю хромых левшей на микроавтобусах и заключаю сомнительную сделку с массовым убийцей. Это, по-твоему, работа отличного полицейского?

Фукс ничего не ответила. Вместо этого она мягко провела ладонью по его небритому подбородку.

— Ты небрит.

— Кого это сейчас волнует? Собственная дочь мне больше не доверяет, а жена…

Он осёкся. После короткой паузы продолжил:

— Как бы там ни было, завтра я отправлю Тассило согласие. Уверен, он уже подобрал подходящую цитату из своего сборника.

Он ещё раз покачал головой, переводя взгляд с фотографий жертв на копию письма, которое передал ему Тассило, а затем снова посмотрел на Фукс.

— А ты скоро вернёшься в Мюнхен.

Она выдержала его взгляд.

— Пока я ещё здесь.