Она подхватила уборочный инвентарь и по-хозяйски свернула за угол, ища глазами дверь, через которую могли попасть в коридор первые двое. Дверь была по правую руку, всего в нескольких футах. Сунув под мышку швабру и не выпуская щётку с совком, Лира взялась за дверную ручку. Пару секунд спустя они уже стояли на площадке перед ведущей вниз лестницей.

На исцарапанной стене с облупившейся краской светилась одинокая антарная лампочка. Снизу тянуло сыростью и плесенью.

–Мы в нужном месте,—сказала Лира шёпотом.

Пройдя пятнадцать деревянных ступенек, они спустились этажом ниже. Вторая тусклая лампочка освещала короткий коридор с голым бетонным полом, по обеим сторонам которого были двери, оснащённые смотровыми щелями с заслонками, как на почтовом ящике. Дверей было пять, возле каждой свой выключатель. Никаких звуков Лира не слышала.

Она внимательно осмотрела первую дверь, её ручку и смотровую щель. Пока она этим занималась, Аста пошла вдоль других дверей, у каждой внимательно прислушиваясь. Лира попробовала повернуть ручку, но она была прикреплена намертво. Значит, с обратной стороны ручки, видимо, нет, а дверной замок доступен только снаружи.

Вернувшись, Аста прошептала:

–Везде пусто, кроме последней справа. За той дверью спит мужчина. Но как мы…

–Я смогу её открыть. А ты будь начеку.

Лира подошла к последней двери, тихонько поставила у стены свой уборочный инвентарь и постучала по фанерной заслонке на смотровой щели. Поднять её она не смогла: фанера намертво застряла в пазах.

–Мистер Ионидес!—позвала она сквозь щель. –Мой личный колдун! Вы тут?

Ни звука. Ответа не было. Наконец, изнутри донеслось слабое бормотание:

–Мисс Сильвер? Это вы?

–Да. Сейчас я открою дверь. Это займёт несколько минут. Не удивляйтесь. Просто молчите и наблюдайте.

Лира вынула из нагрудного кармана свёрнутый в плоский пакет бумажный лист. Её руки дрожали. Нет, так не пойдёт! Несколько раз глубоко вздохнув, она вытерла их о платье.

–Аста! Здесь очень слабый свет. Понадобится твоё зрение. Я собираюсь применить одну штуку, но её сложно разглядеть. Если я её уроню, мне её уже никогда не найти. Не спускай с неё глаз!

Она развернула лист и взяла тонкую серебристую иглу. С какой стати она вдруг решила, что сможет это сделать, что это вообще возможно? Но сделать это было необходимо.

Лира склонилась к замочной скважине, проделанной в сильно исцарапанной стальной накладке. Сам замок, очевидно, был врезан в деревянную дверь. Придётся покопаться, но она до него доберётся.

Она ещё раз вздохнула и принялась за работу. Дерево и металл расходились под иглой, словно масло. Вся сложность была в недостаточной её длине: просто резать насквозь не получалось; придётся снимать по кусочку слой за слоем, пока не обнажится замок.

Изумившись, но промолчав, Аста принялась наблюдать; её кошачьи глаза улавливали мельчайшие детали.

Дойдя до корпуса замка, Лира воткнула иглу в лист бумаги и выпрямилась, давая спине немного отдохнуть. Глаза у неё слезились, пальцы дрожали, но что хуже всего—свет падал сзади, и её собственная тень мешала ей контролировать то, что делает.

–Что это?—шепнула Аста, намекая на иглу.

–Алетиометр… мне пришлось им пожертвовать. Но тонкую стрелку я сохранила. Подробнее расскажу…

Не успела она договорить, как прозвенел колокол: большой, какие бывают в молельнях. Звук его пришёл издалека, но гулко разнёсся по всему зданию. От неожиданности Лира вздрогнула, едва не выронив бумажку с иглой. Но это не был сигнал тревоги: после трёх медленных ударов колокол замолчал. Лира почти успокоилась; но едва она потянулась к игле, колокол зазвонил вновь, отмерив ещё три удара. Пауза, ещё три удара; пауза; затем он стал звонить ровно и непрерывно, но так же медленно.

Она проморгалась, потрясла головой и приказала себе: продолжай, в этот раз решив не сгибаться, а встать на колени. Ничего, кроме настойчивости, от неё не требуется. Срезать, срезать, срезать по кусочку… Лира дала обрезкам сыпаться на пол—шума это почти не прибавляло, а заметать следы смысла не было.

Сделав паузу, она вновь зашептала сквозь дверь:

–Мистер Ионидес! Если вы слышите, подойдите к двери!

Ни ответа, ни звука шагов не последовало.

–Ты тоже слышала, как он ответил в первый раз?—спросила она у Асты.

–Да. Абсолютно точно. Звонит колокол «Ангелус». Интересно…

Лира не знала, что это может означать, и ей было не до этого. Колени онемели, бедра дрожали, глаза слезились, пальцы сводила судорога. Собрав все силы, она трудилась над замком—резала, откалывала, вновь резала… Теперь её пальцам приходилось глубоко проникать в толстый дуб. Вокруг неё на полу уже лежал слой щепок и стальной стружки, но дверь по-прежнему была заперта. Резать и удалять оставалось ещё много, а время шло.

Колокол смолк.

Она перевела взгляд на Асту и проморгалась, прежде чем протереть тыльной стороной ладони слезящиеся глаза. Обе они прислушались, но стояла тишина. Рано или поздно сюда придёт охрана, чтобы проверить пленника, дать ему еды или забрать на допрос…