— Теперь, когда я вместе с Хартли и Вейлом, у меня нет желания носить что-либо, кроме того, что создает для меня Хартли. Это возвращает нас к твоей должности. Мне больше не нужен стилист, хотя, если ты хочешь продолжать работать на меня, у меня есть на примете другая вакансия. — На самом деле у меня ее не было, но при необходимости я мог бы быстро что-нибудь придумать.

Его плечи опустились, а взгляд упал на пол.

— Разве я плохо справлялся со своей работой?

— Это никак не связано с тобой. Почему ты расстроился? Я думал, ты обрадуешься. Это не та жизнь, которую ты себе представлял, по крайней мере, не та ее часть, где ты работаешь на меня.

— Не та, но мне нравится помогать тебе.

Я выгнул бровь.

— Правда?

— Да.

— Я думал, ты захочешь брать больше уроков и заниматься тем, к чему лежит душа.

— Захочу, как только пойму, что это такое. А пока…

— Что, если я оставлю тебя в качестве консультанта? Ты сможешь работать напрямую с Хартли и помогать ему с вещами для меня. Платить тебе буду я, а не он. Это освободит твое время, чтобы ты мог брать больше уроков и жить той жизнью, которой должен.

Шум сверху заставил меня поднять глаза.

Ромео смотрел на нас сверху вниз.

— Святое дерьмо. Ты… Ты, блядь, размяк. Теперь, когда ты с Вейлом и Хартли, ты уже не такой жесткий. — Мой позвоночник напрягся. Ромео, должно быть, заметил это, потому что добавил: — Я имею в виду не в плохом смысле. Ты все еще тот мудак с нашего квартала, который заменяет мне хренового отца, но ты только что был очень мил с Трис. Я ценю это.

Вместо ответа я снова сосредоточился на Тристане. У меня не было времени оценивать свое размягчение или что это за херня, и существует ли она вообще.

Тристан улыбнулся.

— Мне бы этого хотелось.

— Очень хорошо. Твоя зарплата останется прежней. Жду от тебя вестей через неделю.

— Хорошо.

С этими словами я развернулся и направился к задней двери, слушая, как Райден, следуя за мной, вызывает Альберта, чтобы тот подогнал машину. Теперь, когда я доставил подарок для Пеппер и поговорил с Тристаном, мне нужно было разобраться с Барреттом и тем, чего он, блядь, хотел.

31. Джордан

Ригану повезло, что у него сегодня был выходной. Если бы он был на смене, я не был уверен, что Барретт остался бы в живых. Либо так, либо Риган трахнул бы его до полного подчинения.

— Пять минут, — глухо прорычал Райден рядом со мной.

Я еще не был готов срываться с цепи. Да, Барретт вел себя как заноза в заднице и опаздывал на пять минут, но я уже уяснил, что копы не всегда приезжают точно в назначенное время. Барретт прекрасно знал, что я за человек. Он не заставлял меня ждать постоянно, а значит, его что-то задержало.

Наконец, спустя восемь минут после назначенного времени, дверь открылась, и он вошел. Его волосы были в беспорядке, словно он слишком много раз запускал в них пальцы.

Он опустился за стол перед нами.

— Прости, мне пришлось ответить на звонок.

Окинув взглядом комнату, Барретт оценил обстановку, проверяя, не подслушивает ли кто.

Этот ресторан принадлежал мне, и я знал, что здесь чисто. Мы сидели в углу, спиной к стене — так, что подобраться к нам сзади было невозможно. Никто не мог подкрасться к нам незаметно, и мы находились достаточно близко к кухне, чтобы при необходимости уйти через нее.

— Говори, — процедил Райден. Ему и его брату нужно было куда-то девать свою агрессию. Они были преданны мне, что я ценил, но я предпочел бы, чтобы они берегли свою злость для тех случаев, когда она действительно оправдана.

— После того как ты сказал мне, что бывшая Лиланда определенно спит с офицером, я нанес ей визит. Услышав внутри шум борьбы, я выбил дверь. Жаль, что у меня в руках не было камеры, потому что зрелище открылось знатное. Она прижимала ногу к шее нашего офицера, а к его голове приставила пушку. Как только она увидела меня, то отпустила его, опустила пистолет и подняла руки. Он пытался заявить, будто она его заставила, но сам был голым, а его член стоял так, что им можно было стены пробивать. Я велел им одеться, а затем разложил все по полочкам.

Он сделал глоток воды, которая ждала его на столе, и продолжил:

— Я спросил в лоб, чего она добивается. Если бы она не раскололась, я бы арестовал ее за нападение на полицейского и по куче других статей. Она быстро запела. Ее счета копились, и ей нечем было платить. Лиланд не оставил ей ни цента. Это ее взбесило. И неважно, как давно они развелись. Она думала, что если подставит тебя, то сможет шантажировать. Она собиралась потребовать у тебя деньги в обмен на то, что они заберут заявление.

— Я ничего не слышал ни от нее, ни от него.