— Ты решил, что я охотница за деньгами. А на самом деле я просто была слепой девчонкой, которая боготворила недосягаемого кумира.

— Хорошо, что от слепоты и поклонения кумирам существует лекарство.

— Да, существует, — серьёзно ответила она. — Довольно большая доза обаятельного и невероятно привлекательного брата этого самого кумира.

Флинн рассмеялся и снова притянул её к себе.

— Что ж, — сказал он с улыбкой, — я с удовольствием помогу тебе пройти этот курс лечения.

Глава 21

 В четверг утром семья снова собралась на завтрак в номере Марко.

Белла чувствовала себя рядом с Флинном непривычно застенчивой, словно подросток на первом свидании. Она убеждала себя, что не должна так реагировать. В конце концов, они уже целовались не один раз. Неловкость первых встреч давно должна была остаться позади.

Но теперь всё изменилось.

Первые несколько раз, когда она целовала Флинна, ей казалось, что в её сердце всё ещё живут чувства к Марко, а влечение к Флинну возникло лишь потому, что внешне они были так похожи.

Прошлой ночью она поцеловала его импульсивно — потому что была зла на Марко и больше не хотела быть в него влюблённой.

Это сработало.

Даже слишком хорошо.

Теперь она чувствовала себя очарованной, смущённой и по-девичьи застенчивой, и ей было важно знать, испытывает ли Флинн к ней что-то в ответ.

Пока семья ела и разговаривала, взгляд Беллы снова и снова возвращался к нему.

У него ведь тоже были к ней чувства?

Иначе зачем бы он столько раз её целовал?

И зачем бы смотрел на неё так, как сейчас?

Эти взгляды настолько радовали Беллу, что она даже постаралась быть любезной с Дейзи, похвалив приготовленный ею омлет. Во время завтрака она несколько раз попыталась завязать с ней обычную светскую беседу, словно предлагая перемирие.

Но Дейзи ничего не хотела слышать.

Она отвечала на вопросы Беллы как можно короче, не поддерживая разговор, а затем тут же переключалась на Марко и полностью игнорировала её.

Белла не должна была переживать из-за этого.

Но переживала.

Годами она не могла вспоминать Дейзи без боли, связанной с Марко. Эта боль окрашивала все воспоминания о прошлом.

Теперь же этот груз почти исчез, и Белла вдруг вспомнила всё хорошее, что когда-то связывало их.

Поздние походы за молочными коктейлями после занятий.

Шутки, понятные только им двоим.

Ночные разговоры о жизни, когда им давно следовало спать.

Всё это исчезло.

Исчезло только потому, что Белла так и не смогла простить Дейзи за то, что именно её полюбил Марко.

Эта мысль заставила её почувствовать себя мелочной.

Она должна была быть выше этого.

После завтрака вся семья отправилась к руинам майя Эль-Рей и провела несколько часов, бродя среди серых колонн и разбросанных каменных обломков.

День выдался жарким и влажным, словно кто-то по ошибке подарил февралю кусочек лета.

Флинн держал её за руку и помогал подниматься по ступеням полуразрушенной пирамиды.

Белла никогда бы не подумала, что семейная прогулка может оказаться такой романтичной.

Но почему-то именно такой она и была.

Ей казалось, что Флинн показывает ей будущее, в котором её приняли в это шумное племя, полное энергичных племянников и племянниц.

Её мысли то и дело возвращались к фантазиям.

Например, к платьям для подружек невесты небесно-голубых оттенков.

Райли и Зои выглядели бы просто очаровательно в платьях с пышными юбками из органзы и кружева цвета карибского моря.

Белле определённо следовало взять своё воображение под контроль и немного обуздать чувства к Флинну.

Она ведь даже не знала, что будет после их возвращения из Канкуна.

Видел ли Флинн в ней девушку, с которой приятно проводить время сейчас, но о которой не хочется вспоминать потом?

Увидит ли она его вообще после окончания этого отпуска?

Повсюду среди развалин бродили большие серые игуаны.

Пара из них расположилась прямо на тропинке впереди, внимательно наблюдая за приближением их компании. Когда дети подошли ближе, игуаны отпрыгнули на несколько метров в сторону и раскрыли пасти так, что казалось, будто они сердито хмурятся.

Флинн указал на них рукой.

— На их фоне нью-йоркские голуби кажутся такими милыми и пушистыми, правда?

— А мне они нравятся. В них есть характер. И очень интересная текстура.

И действительно, Флинн оказался прав насчёт её любви к текстурам.

Он тихо рассмеялся.

— То есть, если бы я однажды появился у тебя на пороге с игуаной в подарок, ты бы обрадовалась?

Она улыбнулась, уловив скрытый смысл его слов.

— Надеюсь, что ты это сделаешь.

— Подарю тебе игуану?

— Нет. Просто появишься у меня на пороге. Игуану приносить не обязательно.

Она почти затаила дыхание, ожидая его ответа.

Флинн улыбнулся.