Я старалась дышать. Напоминала себе, что могу. Потому что осталась жива. Я пережила это. Следовало испытывать благодарность. Вместо этого я будто тонула. Задыхалась.

— Видишь светлячков?

Я вздрогнула от неожиданности и тут же выругала себя за такую реакцию. Но Кол никак не отреагировал. Он просто стоял рядом, наблюдая за детьми и животными, пока в воздухе вспыхивали первые огоньки. Стоило мне вздрогнуть рядом с Брей, она бросалась извиняться и спрашивать, все ли хорошо. А хуже всего, выглядела так, будто вот-вот расплачется.

— В детстве мы называли их светящимися жуками.

После долгого молчания мой голос все еще хрипел, и это тоже казалось чужим.

— Говорят, они постепенно вымирают. Нам повезло, что здесь они еще встречаются.

Мне нравилось, что Кол не суетится вокруг меня. Не спрашивает, как я. Он говорил о чем угодно, только не о пережитом мною. Может, потому что увидел все слишком близко.

— Здесь прекрасное место для жизни. Не виню их за то, что обосновались именно тут.

— А ты все еще хочешь здесь остаться?

Задавая вопрос, Кол не посмотрел на меня. И я не чувствовала, что обязана отвечать. Наверное, именно поэтому мне захотелось сказать правду.

Свою правду.

— Мне нравится здешний воздух. Земля. Этот простор. Рядом с ним мои проблемы кажутся маленькими.

— Но, похоже, за этим скрывается какое-то «но».

Он всегда слышал невысказанное.

И я снова сказала ему правду.

— Жизнь в том домике. Груз чужих ожиданий. Даже если она ничего такого не требует, даже если просто рада, что я вернулась… мне будто нечем дышать.

Я вынырнула из воспоминаний и посмотрела на Кола. Неужели он подготовил для меня жилье, потому что я призналась, как сильно в нем нуждаюсь? Но разбираться с этим придется позже. Сейчас мне предстояло другое. То, что я постоянно откладывала. Но, чтобы шагнуть в новую жизнь, мне нужно было проявить смелость.

— Можно мне поговорить с Брей наедине?

Когда я задала этот вопрос, голос показался чужим. Но время пришло.

И я должна была попытаться.

Кол и Декс переглянулись, затем Декс кивнул.

— Конечно.

Кол несколько мгновений изучал меня, словно проверяя, действительно ли я этого хочу. Потом тоже кивнул — немного резче брата, но почти так же.

Когда за мужчинами закрылась дверь, пальцы начало покалывать, и я напомнила себе, что нужно дышать.

— Нова, скажи, что происходит.

На лице Брей смешалось множество эмоций. Некоторые признаки я знала как свои пять пальцев. Другие появились за время моего отсутствия: едва заметные выражения, которых раньше не было. Мы обе изменились. Возможно, теперь нам предстояло заново узнать друг друга.

Я сцепила пальцы перед собой, стараясь удержаться за желание жить. Не просто существовать, а жить по-настоящему. Свободно.

— Мне нужно… мне нужно пространство, чтобы исцелиться. Нужно сделать шаг к самостоятельности. Обрести хоть немного независимости.

— Ты будешь жить с Колом.

Теперь на лице Брей преобладала боль, вытеснив все остальные чувства.

— И где же тут самостоятельность?

— У меня будет своя квартира. Отдельный вход и выход. Пространство, чтобы… дышать.

Я хотела, чтобы она поняла. Увидела, что мне нужно. Раньше с этим никогда не возникало проблем. Именно Брей всегда понимала меня лучше всех. И то, что теперь мы постоянно не слышали и неверно понимали друг друга, ранило сильнее физических шрамов.

— Ты говоришь, что я душу тебя, — тихо произнесла она.

— Брей…

Ее янтарные глаза заблестели от слез.

— Ты винишь меня?

Меня пронзил ледяной шок.

— Что? О чем ты вообще?

— Это я предложила пойти в поход, — ее голос надломился. — Это я сошла с тропы, чтобы сделать еще одну чертову фотографию полевых цветов. Я оставила тебя одну.

Слезы Брей полились быстрее, скатываясь по щекам и падая на пол. Мое сердце треснуло и разлетелось на миллионы осколков, которые я уже никогда не смогу собрать.

— Ты ни в чем не виновата. За то, что со мной случилось, отвечает только один человек. Трэвис Мур.

Что-то мелькнуло в памяти. Или в воображении. Я никогда не знала наверняка. Рывок за волосы, голова резко откидывается назад.

И все исчезло.

Я вырвалась из наваждения, стараясь сосредоточиться на настоящем. На Брей.

— Ты сделала для меня все. И меня убивает, что я не могу волшебным образом взять и поправиться ради тебя.

Она отшатнулась, а потом шагнула вперед, словно собиралась прикоснуться ко мне. Господи, как же мне этого хотелось. Хотелось обнять ее, как прежде. Почувствовать нашу близость. Она была моей семьей. Единственной настоящей семьей.

— Я не жду, что ты сразу поправишься. Но хочу быть уверена, что ты исцеляешься. А ты не… ты со мной не разговариваешь. Я не знаю, как помочь.

Она встряхнула руками, будто пытаясь избавиться от судороги.

— Я действительно душила тебя. Думала, что, если буду контролировать каждую мелочь, смогу все исправить.