— Когда любишь другую — море по колено, — склоняю голову на бок и смотрю на него как на ничтожество, которым он и является. Дальше нараспев говорю: — Особенно если она молодая двадцатилетняя козочка с длинными ногами, вроде тех практиканток, которых к вам в офис присылают пачками. Но не переживай, даже если ты и ударился в роман с зелёной соплёй, мне до этого дела нет.

Уже неважно, что он скажет дальше, потому что на слове «практикантки» у него предательски дёрнулось горло…

🔥 Дорогие, приглашаю вас в историю, где жизнь каждому покажет, где его место 🔥

Наберем 300 звезд и с меня продолжение)

Глава 4.

— Смотри, Оксан, — строго и с наездом начинает он. Совсем ошалел! Ещё и подобрался весь, как будто готов к стычке. — Мы с тобой только что полюбовно решили разойтись. Так? Так. Не надо сейчас ковыряться в чужом грязном белье.

Сказал и смотрит на меня, как будто я воровка, пойманная за руку. Вот скотина.

Но никакие его слова не переубедят меня в том, что я только что увидела своими глазами. А именно — его реакцию.

— То есть в твоём? — я не ору, но всем видом показываю, что он не на ту напал. — А как мне в нём не копаться, когда ты мне его взял и одним прекрасным утром сам на голову вывернул?

— Практикантки — это только твоя выдумка, — нет, он ещё и смешком свои слова полировал для пущего эффекта.

И вот опять он сам меня наталкивает на этих самых практиканток. Неужели он рассчитывает таким примитивным способом сбить меня со следа?

И нет, я не буду выслеживать его, судя по всему юную подстилку. Мне не важно, с кем он изменяет. Я не так глупа, чтобы спускать собак на барышню, которая в отличие от него не клялась мне в любви и верности.

— До вечера, — истолковав моё молчание как капитуляцию, Федя проходит мимо меня.

Неспешно и как всегда уверенно. Я поворачиваюсь и смотрю ему вслед.

Высоченный, подкачанный, одним словом — природа над его созданием заморочилась.

Мне как женщине понятно, почему в него могла влюбиться какая-нибудь юная козочка. А то, что у моего пока ещё мужа и мозги на месте, и руки из того места растут, чтобы зарабатывать, — так это просто огромный бонус в наше-то время, когда у девчонок аппетит исключительно на миллионеров.

— Куда пошёл? — бросаю ему в спину. — Никакого вечера, дорогой, у тебя в этом доме не будет.

Его спина напрягается от услышанного.

— Мы же договорились, что я съеду на выходных, — он медленно разворачивается и испепеляет меня взглядом.

— Нет. Это ты хотел сделать как удобнее тебе. Я против. Потрать часок-другой, собери вещи и освободи шкаф. Зачем ждать выходных? — развожу руками.

Смерив меня тёмным и не обещающим ничего хорошего взглядом, Федя решает подойти поближе.

А что случилось? Он же только-только убегал, сверкая пятками.

— Решил устроить сцену? — вкрадчиво спрашивает он, возвышаясь надо мной как скала. — Трусы мои с футболками начнёшь из окна прямо на улицу вышвыривать на потеху соседям? Чего мне от тебя ждать, Оксан, а? Я правда думал, что ты умнее.

Наступает мой выход — припомнить ему сказанные вчера тошнотворные слова в мой адрес.

— Умнее? — смеюсь и качаю головой. — Я же баба из декрета, у которой фантазии как у подростка. Ногтепилка, ковыряющаяся в грязи. Откуда взяться уму, Федь?

— Блядь, — он смыкает веки и накрывает голову руками, тут же резко их опуская. — Я так и знал. Вот так и знал, что каждое моё слово ты обернёшь против меня! — он грозит мне поднятым вверх указательным пальцем. — А потом ты удивляешься, что у меня… что я хочу развода?

У меня. Он сказал — у меня.

В висках начинает шуметь от нарастающего сердцебиения. Вот он и проговорился…

Одного не понимаю. Как так вышло, что за семь месяцев он не обронил ни одного неосторожного слова, а за одно сегодняшнее утро проболтался обо всём на свете?

Неужели так работает запрятанное в подсознание чувство вины?

Плевать. Всё равно он скотина конченая. За обман — не прощу никогда! Мог русским языком сказать, что да, влюбился в молодую, прости, ухожу…

Но нет, этот экземпляр сидел на жопе ровно, пока его роман на стороне набирал обороты. Использовал меня и как должное принимал мою заботу. Жрал приготовленную мной еду, спал на постиранных простынях, я ещё массаж спины ему делала после длинных рабочих дней.

Нет, я его точно придушу…

— Стоп-стоп! И палец свой от меня убери! Что же ты на полуслове остановился? Что «у тебя…»? Дай угадаю… любовь неземная?! — да, я открыто его высмеиваю.

Он это понимает, не настолько толстокожий. По сверкнувшему в его глазах гневу вижу — я только что погладила голодного тигра против шерсти.

— Если да, то что? — негромко, но оглушительно произносит он. — Я не могу, мать твою, любить? — рявкает мне в лицо. — А я могу, Оксана. И люблю. И не смотри на меня так!

🔥Спасибо за вашу поддержку!🔥

Глава 5.

Ах, любит он. Сволочь такая.