Обито не может подойти близко, потому что Какузу отгоняет его нитями.

Но что, если...

— Обито! — крикнул я, выплевывая кровь. — Можешь использовать глаз на расстоянии? На предмете?

Обито стоял на крыше соседнего дома, тяжело дыша.

— Я... я не пробовал! Это трудно! Я не вижу цель четко!

— Поверь в свои глаза, Учиха! Смотри на мой танто!

Я поднял Древесный Танто.

Какузу замахнулся каменным кулаком, готовясь размазать меня по стене.

— Умри, аномалия!

Я не стал бить его. Я ударил танто в землю перед собой.

— Обито, СЕЙЧАС! ТЕЛЕПОРТИРУЙ ЛЕЗВИЕ!

Обито сфокусировал свой окровавленный Мангекё на моем клинке.

Пространство вокруг деревянного лезвия исказилось спиралью.

В тот же момент Какузу обрушил свой кулак на меня.

Но я ушел в [Шуншин], переместившись на метр вправо. Его кулак пробил стену.

И в этот момент пространство сработало.

Лезвие моего танто, исчезнувшее в воронке Камуи, появилось... прямо внутри грудной клетки Какузу.

Обито не мог телепортировать врага целиком. Но он смог перенести предмет из точки А в точку Б (пусть и косо, но я задал вектор). И этим предметом был мой отравленный, заряженный Ян-чакрой клинок.

Танто материализовался прямо в последнем сердце Какузу.

Какузу замер. Его каменный кулак остановился в миллиметре от моего лица.

Он посмотрел вниз. Из его груди торчала рукоять из черного дерева.

— Мое... сердце... — прохрипел он.

Черные нити вокруг его тела начали распадаться, осыпаясь сухим прахом.

Я подошел к нему.

— Я же говорил, бухгалтер. Твои активы аннулированы.

Я выдернул танто.

Какузу рухнул на колени, а затем повалился лицом в пепел сгоревшей деревни.

Тишина. Только треск догорающих бревен.

Я упал на спину, раскинув руки. Маска Аконита треснула пополам и слетела с лица.

— Мы... мы сделали это? — Какаши подошел ко мне, придерживая плечо.

Обито спрыгнул с крыши и рухнул рядом со мной на траву, тяжело дыша. Его левый глаз был закрыт, из-под века текла кровь.

— Я... телепортировал железку... прямо в него, — прошептал Обито с глупой улыбкой. — Я крутой?

— Ты идиот, Обито, — я закашлялся. — Но ты очень полезный идиот. Спасибо.

Я посмотрел в небо.

[Глобальный Квест: Битва Бессмертных - УСПЕХ.]

[Орочимару: Обращен в бегство (Тяжелое отравление).]

[Какузу: Уничтожен (5 сердец).]

[Награда: [Легендарная Сфера (Платиновая)], Модификатор "Клетки Бессмертия".]

Я закрыл глаза. Платиновая сфера. Вторая за мою жизнь.

И модификатор клеток. Возможно, это решит проблему моего баланса навсегда.

Но сейчас мне нужно было поспать.

— Какаши, — пробормотал я, проваливаясь в спасительную темноту. — Забери тело Какузу. Его плащ... я хочу его плащ. Он стильный. И в нем много карманов.

— Ты неисправим, Сэйсуй, — донесся до меня голос Пса. — Спи. Я присмотрю за периметром.

Я вырубился. Мы убили одного из Акацуки и обратили в бегство Саннина.

Но я знал, что Пейн этого не простит. А Мадара — тем более.

Черная туча собиралась над Конохой. Но пока... пока можно было просто полежать в грязи и порадоваться, что у меня все еще одно бьющееся сердце, а не пять.

Продолжение (доп. главы наперед на бусти): напишите в браузере: boosty Hirasawa - это мой профиль!] или boosty to/hirasawa (точку поставьте)

Глава 73: Трофеи, бюрократия и инъекция бессмертия

Возвращение в Коноху напоминало не триумфальный марш, а транспортировку груза 200, где грузом были мы сами.

Какаши, несмотря на раненое плечо, тащил на себе Обито (который вырубился от истощения чакры после использования Камуи). Я же, прихрамывая и опираясь на свой Древесный Танто как на трость, тащил за собой запечатывающий свиток, в котором покоились останки Какузу.

И его плащ. Я серьезно. Плащ с красными облаками — это качественный водоотталкивающий материал. На черном рынке за такой сувенир дадут состояние, а в хозяйстве он просто полезен.

Когда мы пересекли ворота деревни, дежурные чунины вытаращили глаза.

— Капитан Торикабуто? Капитан Пёс? Срочно медиков!

— Отставить панику, — прохрипел я, стягивая остатки треснувшей маски. — Мы живы. Срочно доложите Хокаге.

В Центральном Госпитале меня попытались уложить на каталку, но я послал дежурного ирьёнина к биджу и сам заштопал себе сломанные ребра [Мистической Ладонью]. Мой организм, накачанный чакрой Сенджу и Узумаки, заживал со скоростью, пугающей даже меня.

А вот правая рука беспокоила. После того, как я пропустил через неё нити Какузу и ассимилировал их, серая кожа стала еще плотнее. Она начала напоминать броню. Это было полезно в бою, но в повседневной жизни... я постепенно терял осязание в пальцах.

Минато прибыл в госпиталь через полчаса.

Он зашел в мою одиночную палату (хотя я требовал изоляцию), когда я как раз переодевался в свежую больничную пижаму.