Я вполне мог просто перепрыгнуть ограду или перелезть через стену, не поднимая шума. Но мне физически хотелось получить хоть какую-то реакцию от этого мертвого места. Спровоцировать Томаса. Увы, тишину нарушил лишь грохот упавшей створки, эхом разнесшийся по округе. Пришлось заходить на территорию пешком, чувствуя себя не званым гостем, а идиотом, ломящимся в открытую дверь.

Подспудно я ожидал какой-нибудь высокотехнологичной гадости. Скрытых турелей, лазерной сетки, активирующейся сигнализации или всё же проснувшегося взвода охраны с собаками. Я шел по территории поместья, напрягшись, как струна, готовый в любую секунду уйти рывком от любой опасности.

Но вновь — ничего. Только ветер шуршал в кронах деревьев.

Просто территория элитного поместья. Причем, стоит отметить, невероятно запущенная территория. Дикий плющ агрессивно полз по каменным стенам, агрессивные лианы облепили некогда стройный кипарис так, что тот напоминал скрюченного монстра, а о каком-либо аккуратном топиаре или стриженом газоне давно не шло и речи. Местный садовник явно не касался секатора уже несколько месяцев, а то и лет.

«Хотя, может, оно и неудивительно, учитывая, что Альфред в этой версии таймлайна мертв», — размышлял я, спокойно шагая по заросшей скользким мхом брусчатке к парадному входу. ИИ-Альфред клумбы полоть не умеет, а Томасу Уэйну, потерявшему сына и смысл нормальной жизни, явно плевать на ландшафтный дизайн. Снаружи этот дом выглядел как идеальная метафора внутреннего состояния своего хозяина — мрачный, умирающий, покрытый коркой изоляции.

Само поместье — трехэтажное, величественное здание из светлого камня — тоже носило отпечаток глубокого запустения. Темные, слепые окна смотрели на меня с равнодушием.

И тем не менее, я не мог избавиться от чувства чужого взгляда. Мои обостренные чувства нежити безошибочно фиксировали детали: и фасад, и подъездные дорожки были усеяны скрытыми камерами. Светодиоды исправно моргали красным во мраке. Я был уверен на сто процентов, что земля под ногами нашпигована датчиками движения, а в карнизах спрятаны микрофоны.

Томас должен был знать, что я здесь. Система работала. Но я всё еще не получил ни малейшего подтверждения, что меня собираются останавливать. Развернуться и уйти отсюда прямо сейчас было бы преступлением против моей хаотичной логики.

Еще один усиленный пинок — и парадные резные двери из дуба с треском разлетелись в щепки, вминаясь внутрь холла. Я, полностью удовлетворенный свершенной пакостью, неспешно перешагнул порог.

Пусто. Тихо. И невыносимо пыльно.

Это было первое, что ударило по обонянию и зрению. Солнечный утренний свет пробивался сквозь высокие окна, выхватывая в воздухе густые столбы танцующей пыли. Полотна на стенах были закрыты старыми чехлами, мебель укрыта простынями.

— То есть, снова тотальное запустение, — недовольно проворчал я вслух, не делая ни малейшей попытки скрыть голос. Эхо гулко прокатилось по пустым коридорам. — Эй, хозяева! В этом месте вообще есть кто живой?!

Ответа, как и ожидалось, не последовало.

«Серьезно, вообще без слуг? Томас что, живет в этой громадине исключительно вдвоем с Барбарой? А может, и вообще без неё? Да и живут ли они тут вообще? Может, это поместье давно законсервировано?»

Я нахмурился, оглядывая холл. Последнюю теорию система опровергала фактом выдачи Билета за посещение. Значит, место всё еще имеет важное значение.

Мой взгляд остановился на дверцах небольшого лифта, встроенного в стену за парадной лестницей. Для классического трехэтажного особняка девятнадцатого века это было явным архитектурным излишеством. Пожав плечами, я двинулся в его сторону, по пути продолжая фиксировать камеры под лепниной потолка. Они следили за каждым моим шагом.

— Либо всё это — какой-то невероятно хитрожопый, многоходовочный план Томаса по заманиванию меня в капкан, либо…

Я резко остановился. Пазл в голове начал складываться.

«Точно! Джейсон же на крыше прямым текстом жаловался, что Джокер-Брюс добрался до Бэт-семьи, вырезав их изнутри. Он знал все пароли, все коды, обошел все системы безопасности Бэт-пещеры. В таком случае, со стороны Томаса было бы логично, пережив этот разгром, навсегда забросить скомпрометированную базу и перенести основной штаб в другое, более надежное место».

Я с силой ударил кулаком по раскрытой ладони.

«Это всё объясняет!» — я кивнул своим выводам. — «А Бронзу я получил просто за культовый исторический статус этого склепа.»

БУХ.

Очередная несчастная створка (в этот раз — двери лифта) была вынесена с моего фирменного пинка, жалобно лязгнув металлом. Обнажилась кабина с простецкой панелью на три кнопки: 1, 2, 3. Никаких сканеров сетчатки глаза или чего-то подобного не наблюдалось. Времени и желания возиться с хакерством у меня не было, поэтому я просто нажал на «3», выскочил обратно в холл и, дождавшись, пока кабина с гудением уедет наверх, шагнул прямо в пустую черную шахту.

Свободное падение.