Правительство прогнило насквозь. Лига, действуя как цепные псы Уоллер, напала первой. Он же просто избавил город от неисцелимой криминальной опухоли.

В самой темной, скрытой даже от самого себя глубине души, Кларк был согласен. Согласен практически с каждым словом Киркмана. И от этого осознания ему становилось физически дурно. Он не понимал, что ему делать дальше. Как бороться с врагом, который ломает тебя не только физически (это можно пережить), но и морально? Врагом, чья правота подтверждена Лассо Истины? Плюс ко всему, Киркман был настолько непредсказуем, что еще до того злополучного видео Лига коллективно решила, с ним нужно договариваться. Как минимум, не делать из него врага.

В итоге, ослепленные гордыней и приказами, они сделали из него врага.

Или нет? Кого Киркман объявил врагами? Элиту, упивающуюся безнаказанностью. Мафиозные картели. Костюмированных маньяков, которые теперь трижды подумают, прежде чем устраивать теракт. При чем тут вообще была Лига Справедливости? Они сами прилетели подставлять лица под удар, защищая статус-кво.

Тряхнув головой, пытаясь сбросить это ледяное наваждение, Кларк рывком вернулся на Землю, обрушившись на асфальт рядом с Дианой. Но пятый слом уже поджидал его.

Диалог с Киркманом продолжился. Ситуация не стала лучше, она нырнула на новое дно. Обвинения в службе режиму, очередное упоминание проектов с его ДНК, абсолютное спокойствие монстра под светом артефакта.

«Карающая Десница Творца?»

Вопреки тому, что из уст парня в броне Бэтмена это звучало как дешевый, сектантский бред с манией величия… Вопреки этим внезапно появившимся в небе ангелам, в которых Кларк своим рентгеновским зрением не увидел ни частички биологической жизни (лишь сгустки чистой энергии)… Так просто отмахнуться от слов психа он уже не мог.

И дело было не только в работе Лассо Истины. Дело было в действиях. Киркман вернул Барри. Он вернул гражданских в целости и сохранности. Он, убийца, превративший Готэм в бойню, буквально собрал из кусков переломанного Артура.

Дело было также и в сути его последних слов.

Почему их враг… Враг Лиги, террорист номер один в настоящее время, враг правительства, верил в них? Почему он, снимая маску, искренне назвал их Символами? Почему он сказал, что их просто испачкали в грязи те, кому они служат?

Этот шестой слом случился сам собой, тихо и неотвратимо, окончательно разрушая фундамент картины мира Кларка.

А за ним пришел и седьмой.

После того как Киркман растворился в тени, оборвав трансляцию, наступила тишина. Он просто ушел, оставив их невредимыми. И Кларк понимал, при всём желании, даже напав все вместе, они не смогли бы его удержать.

Супермен остался стоять посреди разрушенной улицы. Ветер трепал его пыльный плащ. Он смотрел в ту точку, где исчезла тень, и пытался заново восстановить в памяти всю хронологию преступлений этого… монстра.

«Убил ли он хоть одного… по-настоящему невинного?» — В основном именно эта мысль билась в голове Кларка, заглушая шум ветра и гул оседающей пыли. Его мозг методично просеивал хронику кошмара последних дней.

Убийства? Бесспорно. Жестокость? Первобытная. Пытки, террор, шантаж, кровавое, показательное безумие? Да, да, да и еще раз да. Чарльз Киркман перешагнул все мыслимые моральные горизонты.

Но невинные?

Здесь зияла пугающая пустота. Статистическая аномалия, которая откровенно пугала Кларка больше, чем падающий метеорит. Даже здесь, в таком хаосе, ни один гражданский не был раздавлен обломками. Ни один случайный прохожий не сгорел в пламени. Маньяк, способный стереть город с лица земли, с хирургической, точностью эвакуировал миллионы людей, чтобы потом вернуть их невредимыми. Также пугал Супермена и сам факт того, что он всерьез ищет оправдания этому чудовищу.

На мгновенье он прервал тяжелые думы, краем глаза наблюдая за сюрреалистичной картиной, парящие ангелы плавно рассредоточились по удивительно чистому, голубому небу над разрушенным Центральным Готэмом. Их полупрозрачные, сияющие крылья работали как гигантские линзы, пропуская через себя и многократно усиливая лучи солнца.

Ведомый инстинктом и глубокой, накопившейся в каждой клетке усталостью, Кларк начал медленно взлетать. Он поднялся аккурат в центр ангельской формации, в ту точку, где сходилось наибольшее количество отражаемых ими теплых лучей.

Свет ударил по нему волной чистой, концентрированной энергии, и ему физически стало хорошо. Его истощенные под тяжестью метеорита мышцы наливались силой, микроразрывы в тканях затягивались. И пусть от начавшихся далеко внизу молитв, большая часть которых была обращена именно к нему, летящему в лучах божественного света, Кларку было традиционно некомфортно, сейчас он просто прикрыл глаза. Он позволил себе выдохнуть и вернуться к прерванным ранее тяжелым мыслям.

«Псих с комплексом бога или Длань Господня? Кровавый безумец или Карающая Десница, посланная выжечь то, с чем мы не справлялись? И что, в таком случае, случилось с нами? Что случилось с Лигой?»