Но вчера я разговаривала с Кариной, и она сказала, я могу выйти в ресторан, как только буду готова к физическому труду.

Кстати, мой поздний токсикоз почти не беспокоит. Тошнота сошла на нет, и аппетит стал в разы лучше.

К тому же за моим рационом следят аж из самой Москвы. Надежда Александровна звонит если не каждый день, то через день. А раз моей матери абсолютно плевать на меня, я не против присутствия в моей жизни матери Самсонова.

Мне не помешают советы не только подруги, которая вот-вот станет дважды мамой, но и опытной женщины.

Непоколебимое молчание Глеба с нашего последнего разговора давит на грудь тяжестью.

От его матери я знаю, что у него сейчас идут активные занятия ЛФК по восстановлению хотя бы частичной функциональности колена. И я не думаю, что он пребывает в хорошем настроении. Так что, возможно, это молчание даже к лучшему, я тоже не отличаюсь сейчас стабильным эмоциональным фоном.

Еще на фоне гормональных изменений у меня начало закладывать нос и появилась болезненность в груди, а это тоже такое себе удовольствие.

Я вычитала, что на моем сроке ребенок уже размером со среднюю грушу, и наконец-то внизу живота появилась едва заметная округлость. Не то чтобы я сильно ждала этого, ведь от одной мысли, что через несколько месяцев вместо груши там будет целый арбуз, мне становится страшно.

Но я совру, если скажу, что меня не увлекает происходящее в моем теле и теле моего ребенка. У него сейчас начинают формироваться зачатки извилин, надеюсь, у него их будет больше, чем у отца.

И по версии одной статьи из интернета, пузожитель уже может чувствовать свет извне, а еще слышать и реагировать на голос мамы, так что теперь я работаю над тем, что вылетает изо рта. И кстати, малыш способен различать вкусы продуктов, которые я ем. Невероятно просто. Это так… захватывающе, правда?

Кажется, совершенно не осознавая, я начинаю влюбляться в эту маленькую грушу. Потому что никак не могу перестать думать о ней и читать, надеясь узнать еще больше.

Прошло совсем немного времени с момента, когда меня до чертиков пугало мое положение, до момента, когда в сознании укореняется серьезная очевидность: я хочу пройти все этапы взросления маленькой груши до большого арбуза и дать малышу жизнь.

Мои мысли прерывает жужжание телефона в руке.

В.Ч.: «Ты все еще ненавидишь меня?»

Я перечитываю сообщение несколько раз, а потом сижу пару минут, тупо уставившись в телефон.

Ему нравится вводить меня в заблуждение, да? То исчезает, то врывается, как чертов ураган.

Свайпаю уведомление и захожу в переписку. Замечаю три бегающих точки. У меня перехватывает горло, и я поджимаю под себя ноги.

В.Ч.: «Я просто хочу понять, возможны ли еще нормальные отношения между нами или нас будет связывать только финансовое соглашение?»

Твою. Мать.

Я кладу телефон и щипаю себя за руку, тут же шипя от боли. Снова беру и перечитываю вопрос.

В груди разрастается электрическая паутина щекочущих ощущений, дыхание переходит на короткие частых вздохи.

Нормальные отношения? Между нами? И какой же смысл он вкладывает в это предложение? Как родители? Как друзья? Или нечто большее?

Я собираюсь это спросить, но тут приходит новое сообщение. От Алисы. С одним вложенным файлом.

Я открываю и не понимаю, кто из этих двоих хочет довести меня до сердечного приступа. Глаза мгновенно заливает прорванная плотина слез, но я продолжаю разглядывать фото с биркой, на которой написано:

«Багирова Анна Илаевна

Вес: 3, 850 кг

Рост: 56 см».

Господи, мать вашу, она реально родила. Не верится… Девочку. Маленькую царевну.

Анна Илаевна. Как звучит-то! Аня. Анечка. Анюта. Прелестное имя.

Меня переполняют эмоции.

Вытерев мокрые от слез щеки, я порываюсь позвонить Алисе. Но тут же останавливаю себя.

Если бы могла, она бы сама позвонила. Да и не до разговоров ей сейчас.

Сжав телефон в руках, быстро набираю сообщение подруге:

«Я уже ее обожаю! Поздравляю вас, котятки! Позвони, как сможешь!»

«Жду фото!»

От улыбки уже болят щеки, но я ничего не могу с собой поделать. Меня переполняет радость за подругу. И в голове мгновенно укореняется мысль: я обязана приехать на выписку!

Телефон вибрирует в руке, и настроение кардинально меняется.

В.Ч.: «Я не хочу давить на тебя, но мне было бы проще понимать ситуацию, если бы ты отвечала на мои сообщения».

Закусив указательный палец, втягиваю носом воздух и пытаюсь успокоить свое ненормальное сердцебиение.

Одно сообщение от него — и внутри все замыкает как в поломанном электрощитке.

Я перечитываю последние сообщения Глеба, чтобы собрать мысли в кучу.

Фух. Да что ж такое. Возьми наконец себя в руки и ответь ему!

Усаживаюсь поудобней и принимаюсь печатать подрагивающими пальцами.

Я: «Наши отношения будут зависеть от того, захочешь ли ты участвовать в жизни ребенка».

Доставлено. Прочитано.

Вдох. Выдох.