— Убери от меня свою руку, — прорычала я. — И я иду туда, чтобы выяснить, какого черта задумал мой муж.

Он усмехнулся, приподняв брови. — Я могу рассказать тебе, чем там занимается твой муж.

Покровительственный придурок.

Я сомневалась, что это был первый раз, когда отвергнутая жена заявлялась и требовала, чтобы их пустили в клуб, чтобы поймать своих мужей-обманщиков на месте преступления. Этот засранец, вероятно, наслаждался этой частью своей работы.

Я сбросила с себя его руку, изо всех сил стараясь не поддаваться страху из-за того, как он возвышался надо мной. — Впусти меня.

— Не сегодня, принцесса.

— Миссис Вульф, вы не можете вот так сбежать, — сказал Роб, подходя ко мне сзади.

— Миссис Вульф? — лицо швейцара побледнело, и всякий намек на сарказм исчез из его тона.

Я не смогла сдержать торжествующей ухмылки, появившейся на моем лице. Спасибо, черт возьми, что у меня есть фамилия, которая обладает силой.

— Да. Миссис Вульф. Мой муж - тот человек, которого ты впустил. Так что будь куколкой и пропусти меня, — ответила я, одарив его слащавой улыбкой.

Он открыл рот, чтобы ответить, как раз в тот момент, когда его коллега похлопал его по плечу с каменным выражением лица, убирая телефон в карман. — Впусти ее.

Первый мускулистый мужчина посмотрел на другого так, словно у того выросла вторая голова, но, сделав, как ему сказали, отстегнул веревочный барьер и отступил в сторону. Несколько сбитая с толку, я переступила порог. Роб хотел последовать за мной, но был остановлен человеком, который рявкнул, чтобы меня пропустили. — Только не ты.

Двое мужчин уставились друг на друга, обменявшись непроницаемыми взглядами, прежде чем Роб сделал шаг назад.

Я не собиралась слоняться без дела, ожидая, пока они начнут спорить. У меня были дела поважнее, а именно поймать своего мужа со спущенными штанами.

Буквально.

Забытые чувства всколыхнулись, когда я прошла через фойе в главный зал. Интерьер совсем не изменился. Длинные темные стены были увешаны черно-белыми фотографиями мужчин и женщин в интимных позах, момент их удовольствия и экстаза был вовремя запечатлен на всеобщее обозрение.

Арка, освещенная мерцающими золотыми огнями, вела в сердце клуба, и, проходя под ней, я перенеслась в тот момент, когда столкнулась с Тео. Я быстро прогнала это воспоминание, оглядываясь в поисках коридора, ведущего в комнату для подглядывания, зная, что именно там я найду Майлза.

Несмотря на поздний вечер, в клубе было оживленно. Элегантно одетые мужчины и женщины заполнили места для сидения, разговаривая, смеясь и выпивая. Игнорируя любопытные взгляды, устремленные в мою сторону, я бросилась в сторону комнаты для подглядывания, нервное предвкушение бурлило у меня в животе.

Я не знала, как бы я отреагировала, если бы вошла туда и обнаружила, что Майлз трахает другую женщину. Я начинала понимать, что между нами никогда ничего не произойдет, но все равно было бы больно, если бы я застукала его по самые яйца в другой женщине.

Мои шаги замедлились, когда я приблизилась к двери, сомнение боролось с решимостью. Было еще не слишком поздно; я могла уйти и жить в блаженном неведении. Я могла бы пойти домой и притвориться, что не видела, как Майлз вошел в клуб и вонзил в меня невидимый нож.

Я могла бы.

Но я бы не стала.

Собрав все свое мужество, которым я обладала, я толкнула дверь и вошла. Звук женских стонов достиг моих ушей, и мои глаза обвели небольшую толпу, собравшуюся перед сценой. Некоторые сидели, другие стояли, загораживая мне обзор на того, за кем они наблюдали.

Единственным источником света в комнате был прожектор, направленный на того, кто был на сцене. Я осторожно подкралась вперед, обшаривая взглядом аудиторию, чтобы увидеть, был ли Майлз одним из них, мой пульс колотился, как басовый барабан.

Но его не было в толпе.

Мое сердце ушло в пятки, когда к глубоким стонам мужчины присоединились женские. Чем ближе я подходила к сцене, тем больший трепет охватывал меня, но я продолжала красться к сцене.

Когда в толпе освободилось место, я воспользовалась возможностью проскользнуть внутрь, меня затопило огромное облегчение при виде мужчины с блестящей черной кожей, у которого отсасывала член светловолосая женщина, стоявшая перед ним на коленях.

В тот момент, когда я поняла, что этот человек не Майлз, мне следовало сразу же развернуться и уйти. Но мои ноги были прикованы к полу, когда я наблюдала за парой, загипнотизированный тем, как качнулась голова женщины, когда он вонзил член в заднюю часть ее горла.

Сумев оторвать взгляд, я посмотрела слева направо, пораженная выражениями лиц людей в толпе, поскольку их внимание было приковано к сцене. Вернув к ним взгляд, я почувствовала, как жар разлился по моим щекам, а между ног начало пульсировать знакомое чувство желания.