Она подождала, пока Дженкинс принесет кофе, тихонько вышла и направилась в комнату кухарки-экономки, миссис Энгус, – нужно было немного спуститься по черной лестнице.

Присцилла застала миссис Энгус не вполне трезвой – впрочем, для той это было в порядке вещей. Присцилла дала ей знать о предстоящем ужине, обсудила меню, а затем спросила:

– А Дженкинс что-то знает про Хэмиша Макбета? Мне показалось, он не ожидает его увидеть за ужином.

– Ага, – сказала миссис Энгус осипшим от виски голосом. – Джимми, рыбинспектор, кому-то проболтался, что Хэмиш Макбет сегодня ночью пойдет на реку браконьерством заниматься. Ну, вы ж знаете, у Джимми с Хэмишем уговор, чтоб он только одну рыбу брал. Но у Джимми-то язык без костей, вот и пошутил при ком-то, что у нас полицейский – браконьер, а этот кто-то возьми да и сообщи этому типу, мистеру Дэвиоту.

– Но кто мог так поступить? Не верю, что это кто-то из деревни. Дженкинс?

– Не, не он. Он весь вечер был тут. Но Хэмиш на реку собрался в полночь, и тогда-то, наверное, этот суперинтендант и пойдет его искать.

Присцилла посмотрела на часы. Полдвенадцатого! Она бросилась к себе в комнату, переоделась в свитер, твидовую юбку и туфли без каблуков, а потом вылезла из дома через заднее окно, чтобы отец не увидел, села в машину и, нажав на газ, отправилась искать Хэмиша.

В полицейском участке было темно, и на стук никто не ответил, так что она поехала дальше, в сторону реки Энсти.

Припарковав машину, она пошла по тропе, идущей вдоль реки, к любимому месту для рыбалки Макбета. Начинало накрапывать.

Хэмиш зашел в реку и забросил удочку. Он стоял в сапогах в журчащей воде, и влажный воздух пах сосной, вереском и жимолостью. А потом он услышал, как кто-то с громким шорохом пробирается сквозь поросль со стороны тропы. Смотав удочку, он поспешил было к противоположному берегу, но вдруг замер на месте, услышав знакомый голос:

– Хэмиш!

– Присцилла?

Хэмиш побрел на голос. Он смог различить белое пятно – ее лицо.

– Вылезай, – зашипела она. – Кто-то рассказал суперу, чем ты занимаешься, и он сейчас, наверное, приедет тебя арестовывать. Вылезай! Давай сюда удочку с сачком, я спрячу в кустах. И сапоги снимай.

Хэмиш отдал ей удочку и сачок, а затем, усевшись на берегу, стянул с себя сапоги. Присцилла вылезла из кустов, забрала сапоги и отправилась прятать их там же, где спрятала удочку и сачок.

– А не лучше просто уйти? – спросил Хэмиш, когда она вернулась.

– Слушай!

Присцилла подошла к нему поближе, и, замолчав, они напрягли слух. Они услышали тихие звуки, будто кто-то подходил исподтишка: шарканье ног, треск сучков.