По какой-то странной причине на глаза Майи навернулись слёзы. Она не хотела плакать перед этими женщинами, но не могла вспомнить, когда ей в последний раз говорили, что она чудесно выглядит. Её отцу было не до того. Никто из мужчин, приходивших к ним в дом, никогда не обращал на неё внимания. Их заботил только бизнес и деньги, которые они могли заработать. Возможно, её мать когда-то говорила ей, что она красивая, но Майя её совсем не помнила.

— Спасибо, — прошептала она.

— А теперь, уверена, ты чувствуешь себя глупо из-за того, что так сильно испугалась.

Её щёки загорелись так же сильно, как и уши.

— Немного.

Инкери усмехнулась, а Рота издала похожее на звон колокольчика хихиканье, которое заполнило поляну. Самая младшая из них произнесла:

— Можешь представить, как боялся Рагнар, когда ему делали пирсинг мужа? То, что ты сейчас перенесла, — ничто по сравнению с тем, что вытерпел он.

— Пирсинг мужа? — переспросила она.

Три тролльи жены умолкли. Все они переглянулись, а затем посмотрели на неё.

Хульда спросила первой:

— Ну да? Полагаю, ты почувствовала их, даже если не видела.

— Я не… — Майя не знала, как сказать, что она даже не видела своего мужа эти несколько дней, кроме как вися на нём. — Это было в ушах? Не похоже, чтобы это было хуже, чем сейчас.

Громкое фырканье вырвалось изо рта Инкери.

— Блядь, нет. Это уморительно. Глупышка, мы имели в виду те, что на его члене.

Снова тишина. Майя слышала лишь щебетание птиц в деревьях вокруг и слабый шелест ветра в листве. Все три троллихи выжидающе смотрели на неё, как будто она должна была рассмеяться или признаться, что с её стороны это была грандиозная шутка. Но она понятия не имела, о чём они говорят.

— Вы сказали, пирсинг на его члене? — переспросила она, хотя последнее слово едва смогла выдавить из себя.

Лицо Инкери побледнело.

— Ох, ты не…

— О боже, — произнесла Хульда, прикрыв рот рукой.

Только Рота с её совершенно нелепым характером расхохоталась и выкрикнула:

— Она ещё не видела его член!

Лес пришёл в движение, когда громкий звук вспугнул птиц с окрестных деревьев. А Майя всё это время не могла перестать задаваться вопросом, как вообще может выглядеть проколотый член.

Из неё тоже вырвался тихий смешок, потом смех стал продолжительнее, и вскоре они уже все держались друг за друга, хохоча так, что по щекам текли слёзы.

— Мне правда очень жаль, — выдавила Инкери. — Я просто подумала, что после четырёх дней брака ты хотя бы видела эту чёртову штуковину.

— Не видела! — сказала Майя, снова рассмеявшись. — Но какой вообще пирсинг можно сделать на члене?

Хульда собрала их всех, заставив молодых женщин встать, а затем подтолкнула их вперёд.

— А ну-ка все живо обратно в лагерь. Мы не будем отвечать на этот вопрос, огневолосая. Это вопрос к твоему мужу.

И как же это было досадно, ведь Майя вышла замуж за тролля, которому до неё не было почти никакого дела. Вопросы? Он не ответит ни на один из них. И уж тем более она не станет расспрашивать его о его члене.

Глава десятая

РАГНАР

Этот день настал. Последний день, когда у него ещё был шанс выпутаться из всего этого. Они подбирались всё ближе и ближе к кровавой ведьме, той, что заглянет в их будущее и принесёт им вести о детях. Она сплетёт их магию воедино, и это свяжет их до скончания времён. Всё, что ему нужно было сделать — это добраться до этого момента, и тогда, возможно, он получит ответы на все свои вопросы.

Он успешно избегал своего человека уже несколько дней. Почти неделя пути, а он спал в шатре Гуннара. Другие тролли начинали задаваться вопросом, почему его пара так недостойна их целителя, но он никогда не обращал внимания на сплетни.

Чем дольше он сможет держать себя в руках и держаться от неё подальше, тем лучше. Рагнар даже почти не смотрел на неё, когда останавливался перед их шатром, чтобы забрать её и бежать. Неважно, как она выглядела. Теперь даже неважно, была ли она чистой. Всё, о чём он мог думать — это то, что если он сможет продержаться до встречи с кровавой ведьмой, всё станет проще.

Он не хотел узнавать её. Чем меньше он её знал, тем легче ему будет её отпустить.

Он так долго отвергал её. Кровавая ведьма поймёт. Она почувствует, что они не пара и что их дети будут страдать из-за этого.

Остановившись перед их шатром, он глубоко вздохнул и взял себя в руки. Всего один день наедине с ней. Один день, когда он не сможет отвлечься разговорами с другими троллями или притворяясь запыхавшимся во время бега. С этим легко справиться.

Но тут Майя вышла из шатра, словно знала, что он ждёт, и весь воздух разом покинул его лёгкие.

Пирсинг в её ушах. Он знал, что они это сделали, но не ожидал, что она будет так прекрасна с ним. Золото смотрелось на её коже лучше, чем всё, что он мог бы выбрать для тролльей жены. Колечки были изящными, из тонкой проволоки, не настолько броскими, чтобы первыми бросаться в глаза, но всё же очаровательными. Когда она двигалась, её рыжие волосы путались вокруг них, оставляя крошечные золотые искорки в прядях.