— Мне было бы все равно, даже если бы ты выросла на болоте. — Итак, моя девочка была принцессой. На самом деле, это не было таким уж большим сюрпризом. Она всегда казалась мне королевой. Я посмотрела на нее сверху вниз и внезапно снова почувствовала тот огонь. Мне хотелось схватить ее за талию, прижаться губами к ее губам, прижать ее к ближайшей стене и…

— Нет, — предостерегающе сказала она. — Я серьезно, Блейк.

— Что?

— У тебя такой взгляд. — Она слегка покраснела. — Мы не можем. Я должна идти к Никсарису. Он почти здесь.

— Хорошо. — Мы почти добрались до класса.

— Ну, а как насчет твоего первого поцелуя? — спросила она почти застенчиво.

Я ухмыльнулась:

— Риган. Она поцеловала меня на спор. Думаю, она думала, что я поцелую ее в ответ.

— И ты это сделал?

— Нет, — сказала я, моя улыбка стала шире. — Я попытался оттолкнуть ее. Она упала в лужу и начала плакать.

Пендрагон усмехнулась:

— Даже тогда был немного задирой, хм?

— Нет, но мы никогда не подходили друг другу, — тихо сказала я. — Риган и я. Я просто хочу, чтобы ты это знала. Это была договоренность. Не более того. На какое-то время я попробовал, но…

Она кивнула:

— Ты не обязана ничего объяснять.

Верно. Мы не принадлежали друг другу. Я не была обязана ей ничего объяснять. Она не хотела от нее того, чего хотела я. Обладание. Исключительность. Мое сердце сжалось, но я постаралась не обращать на это внимания.

Если бы не это, момент был идеальным. Я могла бы так идти рядом с ней вечно. Но классная комната была прямо впереди. Значение того, что она собиралась сделать, внезапно осенило меня во второй раз.

— Ты уверена насчет этого? — спросила я, когда мы вошли в комнату. Под нами расстилалось море, темное и беспокойное. Ветер трепал ее волосы, бросая пылающие пряди ей в лицо. Я пока не могла разглядеть дракона, но сомневалась, что он захочет, чтобы я была рядом, когда он прибудет.

— Я должна это сделать, — сказала она ровным голосом.

Я кивнула, а затем наклонилась, касаясь своими губами ее губ:

— Я рад, что узнал тебя немного лучше сегодня вечером.

Она казалась удивленной, затем кивнула. Я наблюдала, как она повернулась и пошла к насесту, чтобы подождать своего дракона.

ГЛАВА 34 — МЕДРА

Ночной воздух был холодным, когда я прижалась к Никсарису. Мы парили над темным морем, единственными звуками были мощные взмахи крыльев и свист ветра в моих ушах. Я должна была превратиться в глыбу льда. И все же, хотя холод был неприятным, две вещи, казалось, согревали меня — моя близость к Никсарису и, как я подозревала, кровь наездницы во мне. В каком-то смысле я была создана для полетов.

Когда мы отлетели на некоторое расстояние от Кровавого Крыла, в моей голове зазвучал голос Никсариса:

«Ты говорила правду. Теперь скажи мне. Чему ты научилась?»

Я слышала нетерпение в его голосе. Я на мгновение закрыла глаза, собираясь с духом. Затем я заговорила, рассказывая ему всё: связывание душ, восстание, резня как драконов, так и всадников. Я рассказала историю о предательстве и контроле, о лжи, которая распространялась, чтобы скрыть великое зло.

Никсарис не перебивал. Он ничего не сказал, пока я говорила, его массивные крылья уносили нас все дальше и дальше от места, которое я привыкла считать своим домом. Но я чувствовала растущее напряжение дракона, слабую дрожь в его мощных мышцах.

Когда я закончила, воцарилась тишина. На какое-то время я подумала, что, может быть, он вообще не ответит, просто развернется и отвезет меня обратно в школу.

Затем его рев расколол ночь.

Это был звук чистой муки, потрясший меня до глубины души. Сам воздух завибрировал. Я крепче прижалась к его спине, мое сердце бешено колотилось.

«Ложь! — прорычал Никсарис. — Всё это — ложь! Ты, должно быть, неправильно прочитала. Вернись и прочти снова. Они сделают это с нами? С нашими всадниками?»

Но я знала, что он понимает: это правда.

— Никсарис, — тихо сказала я, пытаясь достучаться до него сквозь бурю эмоций. — Я думаю…

«Тишина! — его рев заставил меня задрожать. — Ты понимаешь? Действительно понимаешь? Ты не дракон. Ты не можешь. Ужасы, которые мы развязали по их приказу…»

Итак, он вспоминал.

Он сделал вираж и повернул обратно к Кровавому Крылу.

Он приземлился на скалистый выступ недалеко от школы и низко пригнулся, яростно хлеща хвостом по камням, когда я спешилась.

— Я не хотела причинять тебе боль, — сказала я, соскальзывая с его спины. — Ты знаешь, я бы никогда этого не могла пожелать. Но ты заслуживал того, чтобы знать правду.

Ее пылающие глаза уставились на меня, полные боли и ярости.

«Правда? Правда — это меч, глубоко режущий и наполненный ядом. Ты отравила меня».

Мое сердце разрывалось из-за него.

— Ты не виноват в том, что случилось. Ни в чем из этого не было твоей вины. Ты был такой же жертвой, как…