— Я все еще ненавижу тебя, — прошептала она мне в губы, ее голос дрожал не от гнева, а от едва сдерживаемого смеха.

— Ты ужасная лгунья, — выпалил я в ответ грубым голосом, прежде чем снова поцеловать ее — глубже, чем раньше, с голодом, который я едва мог сдержать.

Она издала низкий горловой звук, почти похожий на рычание, и ее руки скользнули под край моей куртки, стягивая ее с плеч. Я позволил ей упасть на пол, не заботясь ни о чем, кроме ощущения ее прикосновения. Ее пальцы прошлись по краям моей рубашки, стягивая ее. Когда она отстранилась, чтобы посмотреть на меня, ее глаза были зелеными звездочками, горящими внутренним огнем.

— Это плохая идея, — пробормотала она, но ее слова запнулись, когда я прижался губами к ее лбу.

— Да, — сказал я хриплым голосом. — Это так. Так что давай продолжим.

Я скользнул руками к подолу ее туники и осторожно потянул. Она мгновение поколебалась, затем позволила мне стянуть ее через голову. Ее волосы свободно рассыпались огненным каскадом, контрастируя с бледностью ее нежной кожи. У меня перехватило дыхание, когда я посмотрел на нее — каждая веснушка, каждый изгиб вызывали у меня боль от того, насколько она была сногсшибательна.

— Черт возьми, ты прекрасна, — тихо сказал я, слова вылетели у меня из груди прежде, чем я успел передумать.

Ее губы изогнулись в кривой улыбке:

— А от тебя одни неприятности.

— Абсолютно, — согласился я, подходя ближе, мои руки легли на ее обнаженную талию. — И тебе это нравится.

Ее смех был тихим, прерывистым, но он быстро превратился во вздох, когда я снова поцеловал ее, мои руки прошлись по ее спине и расстегнули черный кружевной лиф, прикрывавший ее грудь. Она выгнулась мне навстречу, ее пальцы запутались в моих волосах.

— Блейк, — прошептала она мне в губы, в ее голосе слышалась смесь раздражения и тоски. — Ты же знаешь, что мы в библиотеке.

— Так вот что это за место? — я прикусил ее нижнюю губу зубами. — Все книги… Я уже начал сомневаться.

— Не надо… — она прервалась с резким вдохом, когда я проложил дорожку поцелуев вдоль ее подбородка, вниз по изгибу шеи, затем погрузил свои клыки в чувствительную кожу ее горла, давая ей лишь малую толику удовольствия, которое могли доставить мои зубы. Она издала страстный стон, и я ухмыльнулся, прижимаясь к ней, чтобы она могла почувствовать, как мне тяжело для нее.

— Ты что-то говорила? — пробормотал я.

Я хотел отвлечь ее до того, как ее руки потянутся к пуговицам моей рубашки. Я откинулся назад, любуясь ее волосами, рассыпавшимися по плечам, ее обнаженной грудью. От ее вида у меня перехватило дыхание.

— Ты пялишься, — сказала она тихим, но дразнящим голосом.

— И ты идеальна, — пробормотал я. Я убрал прядь волос с ее лица, позволив своей руке задержаться на ее щеке. — Я хочу… — Я колебался, подыскивая нужные слова. — Я хочу поклоняться тебе. Скажи, что позволишь мне.

Ее глаза слегка расширились, но я наклонился и поцеловал ее, мои руки скользнули вниз по ее рукам, задевая запястья. Жар ее губ на моих был всем. Всепоглощающий. Ее вкус, ее дыхание, ее аромат. Мир вокруг нас был стерт.

Я опустил руки к ее талии, сжимая бедра, как будто мог заякориться на ней. Ее пальцы запутались в моих волосах, посылая огненные вспышки по моим венам. Я не мог насытиться. Она выгнулась еще теснее, и я потерял всякую сдержанность.

Не раздумывая, я слегка наклонился, схватил ее за бедра и приподнял. Она тихо ахнула от удивления, но ее ноги тут же обвились вокруг моей талии, а пятки уперлись мне в спину, как будто им там самое место.

Ее руки обвились вокруг моей шеи, когда я прижал ее к книжной полке позади нас. Мой рот прошелся вниз по ее телу, обхватив губами нежный сосок. Мой язык двигался по ней, клыки удлинялись от жара желания, зубы царапали ее грудь в нежной муке. Она издала страстный стон, и я ухмыльнулся, прижимаясь к ней, чтобы она могла почувствовать, как мне тяжело для нее.

— Ты что-то говорила? — пробормотал я.

Я просунул руку между нами, приподнимая ее юбку и отодвигая мягкое нижнее белье, которое на ней было, чтобы я мог скользнуть пальцами по ее складкам. Я застонал, обнаружив, что она готова для меня. Она ахнула, когда я погладил ее и запустил в нее пальцы. Я зарычал, когда она прижалась ко мне бедрами. Страстное желание пронзало мое тело, отчаянно требуя освобождения.

— Пендрагон, — я отстранился ровно настолько, чтобы встретиться с ней взглядом. — Ты понятия не имеешь, что делаешь со мной, не так ли?

— Тогда покажи мне, — прошептала она, практически дрожа от желания.

Я расстегнул брюки, и внезапно ее руки оказались рядом, освобождая меня, проводя ладонями по моему члену со стоном желания, от которого у меня по спине пробежали мурашки.