— Насколько мне известно, артефакт «0–08» обладает пугающей, леденящей душу особенностью: стоит тебе узнать о нём, как он неминуемо узнает о тебе. Спору нет, подлинное имя и арсенал этой дряни остаются для нас загадкой, и мы прикрываемся лишь казенным кодом, а значит, в теории, должны барахтаться где-то на самой периферии его радаров, не попадая под удар. Однако мы — отряд «Красных перчаток», идущий по следу Спиритического культа. Отряд, который денно и нощно перемывает кости Инсу Зангвиллу. Готов биться об заклад: проклятое перо уже взяло нас на карандаш. При таком раскладе ублюдок мигом смекнет, что его ненормальное состояние вылезло наружу, и примется виртуозно ткать паутину случайностей, дабы уйти из-под удара.

Дейли воскресила в памяти досье на бывшего архиепископа и медленно кивнула:

— Капитан Соэст тоже заикался об этом нюансе с самого начала, разве что не раскладывал всё так кристально ясно. Он скорее пытался выстроить гипотезы, отталкиваясь от наших прошлых глухих фиаско.

— Выходит, Её милость «Око Богини» специально натравила нас рыть землю носом, выискивая магов и ингредиенты Пути «Охотника» в окрестностях, старательно делая вид, будто мы всё еще плаваем в неведении? А сама тем временем втайне готовит приманку из нужных реликвий, выстраивая капкан и дожидаясь, пока бестия перехватит бразды правления, вынудив Инса Зангвилла самолично сунуть голову в петлю?

Митчелл развернулся, на ходу бросив:

— Бьет в яблочко. Вот только меня грызут нешуточные сомнения, что подобный финт удастся утаить от всевидящего ока «0–08»…

Симон, ступая следом на полшага позади, задумчиво протянула:

— А я свято верю, что шансы на триумф весьма неиллюзорны. Не забывай: один из священных титулов Богини — Матерь Тайн.

— Неужто это способно обуздать «0–08»? В закромах Церкви пылится артефакт или затаился иерарх, чья мощь способна наглухо перекрыть силу проклятого пера? Немудрено, что в свое время эта дрянь уже томилась под нашими замками, погребенная в глубоких катакомбах Священного Собора… — изумрудные глаза Леонарда ослепительно вспыхнули, а дух мгновенно воспрянул.

Медиум лишь едва уловимо кивнула, а суровые черты ее лица смягчились.

Однако не прошло и пары секунд, как зрачки девушки сузились в игольное ушко, и она выпалила:

— А наша с тобой нынешняя беседа… не ляжет ли она прямо сейчас на страницы «0–08»?

Поэт впал в полнейший, леденящий ступор. Не отважившись ни подтвердить эту дикую мысль, ни опровергнуть её, он лишь ошарашенно уставился на напарницу. Под сводами улицы повисла звенящая, давящая тишина.

…………

Тем временем, в недрах одной неприметной комнаты, мертвенно-бледная ладонь плавно перевернула блокнот, лежащий на письменном столе, к самому началу. Пальцы принялись неспешно, страница за страницей, листать исписанные листы:

'…Покинув порт Банси и разжившись некой безымянной вещицей, Сорен Айнхорн Медичи напрочь растерял былую, животную паранойю и перестал инстинктивно, без остановки ткать паутину коварных заговоров. Пройдя сквозь горнило изматывающего, бесконечного противостояния, Инс Зангвилл всё же сумел нащупать с ним зыбкую почву для перемирия. Они даже ударили по рукам, согласившись на дозированное, ограниченное партнерство, дабы каждый смог воплотить в жизнь свои заветные цели.

Само собой, когда дело касается злобного духа из Пути «Красного Жреца», подобные клятвы не стоят и выеденного яйца, вот только у Инса Зангвилла банально не оставалось иного выхода.

В его глазах вся эта вереница событий казалась сотканной из вопиющих случайностей, но если зреть в корень — это был железобетонный, неумолимый рок. Как ни крути, а таланты Сорена Айнхорна Медичи по части режиссуры изящных историй на голову превосходили его собственные потуги.

…Жестко наметив конечной точкой маршрута Восточный Балам на Южном континенте, Инс Зангвилл ступил на борт и отбыл в Бушующее море… Раз за разом он с маниакальным упорством высаживался на колониальных островах Интиса. Словно слетевший с катушек, бросал вызов казенным властям, безжалостно пуская в расход магов стези «Охотника». А за миг до того, как петля фатальной угрозы готова была затянуться на шее, к нему чудесным образом возвращалась кристальная ясность рассудка, позволяя ювелирно замести следы и дать деру за тридевять земель.

С виду — чистой воды везение. Но загвоздка кроется в том, что этот фокус повторялся раз за разом, с пугающей, шаблонной точностью. Не слишком ли щедра фортуна для простых совпадений?